Жатва душ 3. Вторая волна

— Спасибо, Ден!

Эх, Сергеич не видит, иначе возмутился бы, а как же он, он же тоже работал! Хе-хе. Надо отдать ему должное, мужик оказался рукастый, без него ничего этого не было бы. Из меня сварщик — как из Макса боец MMA.

Карине досталось «Запасное копье». Она ему совсем не обрадовалась. Подержала в руке, погладила рукоять своего хлыста, который был у нее еще с времен, когда она прислуживала Папаше. Я вспомнил про велосипедную цепь. Надо будет приспособить на хлыст, но не сейчас, сейчас уже некогда.

Рамиз переложил из руки в руку свои «Тиски», замахнулся, удовлетворенно кивнул.

Эдрику досталась «Запасная дубина». Схватив ее, он принялся колотить воображаемых зомби. Меня начала грызть совесть, что мы не сделали ему ничего стоящего, и я в дополнение к дубине отдал ему тесак «Клык Рыси».

— Народ, прихватите еще трубы в качестве оружия, — посоветовал я, — все-таки наш с Сергеичем самодел может сломаться.

Все с готовностью воспользовались советом. Прихватив аптечку, бинты, естественно, три рации и оружие, колонной из двух машин мы выдвинулись к заправке «Севен-илевен», которая даже Папашу и его прихвостней пугала.

За рулем джипа был Рамиз, монтажный «Фав» вел Сергеич.

Я очень рассчитывал, что на заправке мне поможет «Сокрытие души».

Если по времени, то пять пятнадцать, когда мы стартовали — утро. Но темень стояла непроглядная, и казалось, что сейчас глухая ночь.

Ехали мы друг за другом, придерживаясь безопасного расстояния: сперва джип, управляемый Рамизом, потом автовышка, за рулем которой Сергеич. И понятно, что в дождь, да еще по темному риск встретиться с Папашей стремился к нулю, но мы все равно торопились: береженого бог бережет.

Я сидел на переднем сиденье возле Рамиза, поглаживая дремлющего на коленях Кроша, позади притихли Эдрик, обнимающий свое оружие, и Карина. Она взяла и то, что я накрафтил, и свой хлыст.

Рамиз опровергал расхожее мнение, что кавказцы безумны за рулем: вел вдумчиво, медленно, плавно, чего не скажешь о Сергеиче. Электрик вел монтажный «Фав» лихо и, не сомневаюсь, еще и пел при этом. Хорошо хоть хватило мозгов закрыть окна, и так шума много создаем. С Сергеичем ехали Макс и Вика.

Когда затрещала моя рация, я ответил, ожидая, что это Лиза вышла на связь, чтобы сказать важное… Однако из динамика грянул Сергеич:

— Бьем врага и в хвост и в гриву. Пулеметом, пушкою. Меж боями в перерыв… боевой частушкою!

Точно, мать его, поет!

— Опа! Опа! Ух-а-а! — крикнула Вика, дурачась.

Я отключился, озадаченно пытаясь понять, с чем связана это клоунада? Народ просто спускает пар? За бравадой скрывают страх и волнение? Или это что-то вроде отката после манипуляций Лизы? Возможно, все вместе. Впрочем, Сергеича это не касается, он всегда таким был, особенно после того, как «выздоровел весь».