Жатва душ 3. Вторая волна

Оставшиеся три оболочки разом кинулись на Волошина, из кустов вышли Колян, Скала и еще шесть оболочек и вместо того, чтобы броситься на противника, просто наступали, оттесняя его к админкорпусу, откуда к нему подкрадывался Голлум.

Судя по знакомой вибрации пространства, сопровождаемой гудением, Волошин понял, что путь к отступлению отрезан, и не заметил в действиях бездушных подвоха, отбросил тесак и решил использовать «Секатор». Молодец, правильно, давай, жги!

Вж-жух — касание теплого воздуха, запах озона и… Зомби продолжали идти к Волошину, когда верхние части их тел покачнулись и начали сползать. Голлума я в последний миг отослал, и он потерял лишь часть черепа, а теперь набросился на Волошина, намереваясь проткнуть его руками-пиками. На тебе, падла… Как бы ни так!

По телу Волошина прокатилась будто бы рябь, и удар прошел вхолостую. И второй, и третий. Волошин отпрыгнул к тесаку, подхватил его. Несколько ударов — и мой Голлум мертв! Я всмотрелся в профиль Волошина: он все-таки получил 13% урона — нюхач все же пробил защиту!

А значит, нужно срочно его добивать, пока он не свалил! Я дал соответствующую команду Копателю, который был ближе всех. По земле прокатилась волна, почва взметнулась фонтаном перед Волошиным, который только и успел, что выругаться. Потом он вскрикнул, а когда земля осела, Волошин, «активность» которого упала до 55%, держался за окровавленный живот, а рядом валялся дохлый Копатель!

Итак, минус три козыря: «Секатор», о котором я знал, что-то типа моего доспеха, и еще один, действие которого непонятно. Палец на спусковом крючке задрожал сильнее. Как же хотелось всадить в давнего врага весь магазин, сейчас самое время!

Но нельзя было себя обнаруживать. Пусть думают, что это обычная атака конгломерата кадавров, и ведут себя неразумно. Если узнают, что это моих рук дело, изменят тактику, и всему конец.

Подавив желание расстрелять отморозка, я призвал вторую волну зомби, четырнадцать отборных особей.

— Проверить ворота и забор! — рявкнул Волошин недобитому претенденту Бенитезу, появившемуся из зарослей. Тот потрусил исполнять прямо так, голышом. — Откуда-то же они тут появились, мать их? — Волошин пнул ползуна. — Ну и мерзость, эти обычно тарятся, а этот, гляди-ка, приперся!

Потом сел на корточки возле Блессики, перевернул ее на спину — она застонала. Женщина была искусана, но жива. Также были живы Дон Крю и Вика Грей, которые приковыляли из кустов. Минус китаец Донг Пэн и минус дозорные.

— Вставай, идем в санчасть, — Волошин протянул руку Блессике, и в этот момент затрещал огонь на втором этаже, что-то обрушилось, из окна вылетел сноп искр.