Отбор для Короля волков

Аглаю трясло от желания свести ноги вместе. Сжать его внутри. Ее снова начала бить дрожь. Оргазм подкатывал сокрушительной волной.

Дамазы резко убрал пальцы:

— Кто здесь был до меня?

Аглая непонимающе заглянула в его глаза. Господи, о чем?

— Как его звать? Назови мне все имена.

Угроза в его голосе была ощутимой. Тяжелой и удушающей.

— З-зачем? А-а-а-ах…

Аглая все-таки не сдержалась. Он резко ворвался в нее пальцами.

— Насажу их головы на копья. Чтобы все знали… — Он наклонился к ее складочкам. — …кому ты принадлежишь…

Он быстро и жестко двигал пальцами, вбивая их в ее тело. Другой рукой гладил малые губы, сжимал и легонько оттягивал. Его язык ударял по клитору, потом начал обводить его по кругу. Всосал чувствительный узелок плоти, врываясь пальцами в горящее отверстие.

Внутри взорвался вулкан. Лава и облака пепла заполнили каждую клеточку ее тела.

Рваные судороги прокатились по нервам. Внутренние мышцы жадно сжались вокруг его пальцев. Так сильно, словно это действительно был его член, и она хотела почувствовать его горячую влагу внутри.

Аглаю трясло в самом потрясающем оргазме в ее жизни. Он продолжал врываться пальцами в ее тело и гладить языком клитор. Эти ласки затуманили разум. Потоки лавы затапливали с ног до головы.

Аглая задыхалась. Хватала ртом воздух, дрожала, билась в судорогах и безмолвно умоляла о продолжении. Бедра не прекращали своих движений ему навстречу.

Дамазы обхватывал ртом чувствительную плоть, не прекращая жесткие движения пальцами. Лизал и сосал, жадно втягивая и сжимая губами. От этого ее тело превратилось в сотни извергающихся вулканов. Каждый взрыв оргазма — извержение лавы.

Ее как будто избили. Голодные звери изорвали зубами и растянули в стороны истерзанное тело. Измученная и обессиленная.

Ненавидя саму себя, Аглая взмолилась:

— Не могу больше… Перестань…

— Нет. Еще.

Он слизывал влагу с ее плоти и жадно глотал.

Ей ужасно хотелось запустить пальцы в его волосы, растрепать их, спутать. Сжать ногами его бедра, обернуть вокруг талии. Притянуть к себе, чтобы тереться сосками о колючую от волос грудь. Вжиматься в него.

— Стони… Ты же хочешь…

Его ладонь в собственническом жесте опустилась на ее живот. И по телу прошло еще несколько спазмов.

Аглая больше не могла кончать. Он выпил ее досуха, оставив беспомощной и слабой.

Вдруг резко выдернул пальцы из ее лона и вошел языком. Мышцы снова сжались, и Аглая крепко зажмурилась. Ее тело было одним сплошным оголенным нервом, через который пускали ток. Как же хорошо. Но в этом блаженстве рождалась почти нестерпимая боль.

Дамазы облизывал ее с голодной поспешностью и жаждой. Рычал и тяжело дышал. От прикосновений его языка Аглая все еще мелко дрожала. Кожу щекотали капельки испарины, а перед глазами все плыло.