Экстрим на сером волке

Позавтракала, пошла к гаражу и вдруг поняла: чьи-то глаза уставились мне в спину.

Я обернулась: в раскрытом окне гостевой комнаты виднелась фигурка Кати.

— Привет! — крикнула я и помахала рукой.

Девочка исчезла с такой скоростью, словно ее языком слизали.

— Во ей сейчас раздолье будет, — хмыкнула догнавшая меня Ирка, — я за продуктами подалась, в доме никого, можно по всем комнатам шляться. Жаль, у нас замков на дверях нет!

— Не говори глупости, — рассердилась я, — если бедный ребенок наконец-то выйдет поесть, это к лучшему.

— Ну насчет бедного вы, пожалуй, ошибаетесь, — прищурилась Ирка, — хитрая она, спасу нет. Я ее тоже сначала жалела, а потом перестала.

— Почему? — удивилась я.

Ирка хмыкнула.

— Около двух дня я подошла к ее комнате и говорю:

«Катюша, не побоишься одна остаться? Мне в химчистку съездить надо». Два раза вопрос повторила, а ответа не дождалась.

Но Ирка не привыкла отступать. Из-за створки доносились звуки громкой музыки. Думая, что девочка просто не услышала ее, домработница заорала:

— Мне ехать пора!

Внезапно дверь распахнулась и на пороге возникла Катя.

— Незачем так визжать, — гневно заявила она, — с какой радости ты сюда лезешь? Ты поломойка, и знай свое место. Кстати, когда я вселилась в эту комнату, в ней стояла отвратительная грязь. Будешь сюда шляться, скажу Даше, чтобы у тебя из зарплаты вычла за отвратительную уборку.

Ирка растерялась, она искренне считает себя полновластной хозяйкой в особняке, а нас неразумными, неряшливыми, вечно оставляющими после себя беспорядок детьми. Никто в нашем доме никогда не разговаривал с ней в таком тоне. Нет, замечаний Ирка от нас получает в избытке. То на нее налетит Машка с требованием:

— Брось все и погладь срочно блузку!

То Зайка принимается тыкать пальцем в зеркало и приговаривать:

— Ну и грязь! Лица не видно!

А еще есть Дегтярев, никогда не знающий, где у него лежат вещи, и каждое утро у нас начинается с громкого вопля полковника:

— Ира! Куда подевались брюки (рубашка, ремень, носки, пиджак, галстук, портфель, зубная щетка, одеколон, ботинки, ключи от машины, права с техталоном, брелок от ворот…)?

Следует отметить, что Ирка особенно не расстраивается, выслушивая претензии домашних. Она быстренько тяп-ляп гладит блузку и, если Машка возмущенно вопит: «Но у нее все рукава смяты», — бодро отвечает:

— Так в них утюг не просунешь! Надевай, и так сойдет.

Зеркало в ванной домработница обмахивает тряпкой с самым недовольным видом, бурча себе под нос:

— Ну и какой смысл его мыть? Что за каприз? Вечером опять пастой заляпают.

А на Дегтярева она и вовсе не обращает внимания.