Сердце волка

А ведь во всём Нерейске не найдёшь более наивного и трогательного существа, чем «блаженная» дочь рыбака.

«Сошла с ума… — думал Дэйн, легко поглаживая пальцами тонкую кожу на запястье девушки. — Какой ты станешь, когда проснёшься? Вспомнишь ли меня?.. И что, если всё-таки сделать то, о чём говорил Форс, и рискнуть, стерев тебе память?..»

Оборотень вздохнул и покачал головой. Нет, он не мог так поступить с Фрэн. Всё равно, что убить.

— Как бы я хотел разделить с тобой всю эту боль, девочка моя, — прошептал Дэйн, чуть сжимая холодные пальцы Фрэн. — Забрать часть её себе, чтобы тебе было легче. Чтобы ты могла пережить и забыть…

Он запнулся, чувствуя, как забилось сердце. Забрать боль… Поделить на части… Почему бы не попробовать? Форс никогда не учил ничему такому, но ведь это не значит, что подобное невозможно. Просто очередной эксперимент…

— Я попробую, — прошептал Дэйн, положив руку на лоб Фрэн и зажмурившись. — Нам с тобой всё равно нечего терять… Я должен попытаться…

И оборотень, вздохнув, отпустил свой Разум. Свою своеобразную магию, которая с рождения наполняла каждую его клеточку, только тогда он не знал об этом.

Дэйнар растворился в окружающем пространстве, а потом будто собрался вновь, устремляясь туда, где теплились чужие воспоминания.

Он коснулся её сознания осторожно, боясь разрушить то, что было так хрупко, но так бесконечно дорого. Его Разум словно стал руками, которые мягко и бережно обняли Фрэн, погладили по голове и волосам, а потом…

А потом Дэйнар медленно начал погружение. Медленно, потихоньку… Сначала один палец, затем другой… Первая рука, вторая…

И тут его будто ударили тупым ножом в грудь, вызвав приступ обжигающей боли. Но обжигала она холодом. Лёд — и тот теплее.

Чужой разум не похож на книгу, которую можно прочитать. Дэйнар знал это очень хорошо, однако он знал также и то, что сознание другого существа всегда структурировано и логично. Далёкое прошлое, давно забытое, скрытое под несколькими слоями паутины, дорогие сердцу воспоминания, ушедшие чувства, навсегда сохраненные знания, мысли о будущем — всё это имело строгий порядок и никогда не перемешивалось. Как страницы в гигантской книге, только намного, намного сложнее.

Прошлое-настоящее-будущее… В сознании Фрэн всё смешалось, превратилось в один-единственный комок, который кружился, подобно вихрю, затягивая Дэйнара всё глубже и глубже. Мысли, мечты, надежды, воспоминания — ничего больше не было, кроме сгустка боли и отчаяния, захватившего каждый уголок разума девушки. Он уничтожал её… нет, он уже почти её уничтожил.

Дэйну не было страшно, когда он нырял в сгусток сознания Фрэн, словно в озеро. Холодное, заросшее тиной, воняющее тухлой кровью и гнилыми фруктами.