Сердце волка

Правда, почти сразу же опустил — волк внутри него всё ещё был недоволен, что их с Фрэн разлучили.

— Форс… говорил?.. И ты всё равно продолжала со мной общаться при этом?!

— Я знала, что ты справишься. Дядя Форс просил передать тебе, если такое случится: «Просто попытайся его понять».

— Кого понять? — нахмурился Дэйн.

— Своего волка. И не надо никуда уходить. Сегодня всё-таки мой день рождения…

Он тогда действительно остался. И через несколько часов вновь перестал чувствовать зверя, что проснулся из-за робкого, но ласкового поцелуя Фрэн.

С того дня в течение целого года Дэйнар неустанно экспериментировал. Он пытался понять своего волка, осознать, почему тот прячется и совершенно не желает выходить наружу — фыркает, рычит, и только посверкивает из темноты ярко-голубыми глазами.

Эксперименты эти ни к чему не приводили, в отличие от опытов с магией. И со временем Дэйн отчаялся и перестал мучить своего дикого зверька. С Фрэн они больше не целовались, поэтому рецидивов не было.

Но пару недель назад ему кое-что приснилось. Привыкший видеть Арронтар каждую ночь, Дэйн не очень удивился, когда вновь попал туда во сне. Но обычно он летел вместе с ветром вслед за грустной девушкой, которую наяву не хотел даже вспоминать, а теперь…

… Только что прошёл дождь, и некоторые лужи были почти по колено. Дэйн бежал прочь, вперёд, бежал так быстро, что ему казалось, будто он не касается земли. В боку кололо, воздух со свистом вырывался из лёгких, из-под ступней в разные стороны разлетались пыль, грязь и брызги, но он знал — останавливаться нельзя.

Рядом с ухом пролетел булыжник. Крики и улюлюканье раздавались всё ближе и ближе, и Дэйнар, на миг обернувшись, увидел в первых рядах злорадно-весёлые лица Рэйнара и Лирин.

От этого ему стало так больно, что юноша проснулся.

И сразу услышал чей-то тихий плач. Кто-то негромко, но жалобно хныкал, обиженно шмыгая носом, и от этих звуков Дэйнару стало совсем нехорошо.

Потому что этот «кто-то» плакал внутри него.

Маленький белый волчонок выбрался из норки полностью и теперь лежал, свернувшись калачиком, и ронял горячие и горькие слёзы. Дэйнар закрыл глаза и мысленно потянулся к нему, погладил по грязной и будто окровавленной шерсти, прижал к тебе и тихо сказал:

— Я понял, Дэйн. Ты спрятался и не выходил, потому что тебя не любили.

Волчонок кивнул и лизнул его ухо шершавым языком.

— Но теперь тебя любят. Ты же видишь и знаешь. Почему прячешься?

— Боюсь… — ответил он голосом Дэйнара. И прижался сильнее, словно просил помощи.

— Не бойся. Я с тобой. И я тебя никогда не оставлю, что бы ни случилось.

Тот миг, когда волчонок, кивнув, исчез в ослепительно белом свете, будто растворившись в Дэйне, как краска растворяется в воде, юноша запомнил навсегда.