Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

После чего елейным голосом пояснила, куда и зачем может пойти этот самый несостоявшийся актер, для исправления собственных проступков. И даже соизволила его проводить, попутно нудным и заунывным тоном расписывая все его ошибки при попытке сыграть роль жертвы перед нашим скромным собранием.

Я даже невольно порадовалась, что мы не на одном факультете учимся. И облегченно перевела дух, когда народ разошелся по своим делам, оставив меня один на один со своими мыслями, переживаниями и проблемами. Коих, как оказалось, накопился воз и маленькая тележка.

А самое интересно то, что я как бы не очень-то хочу их решать. И уж тем более, совершенно точно, не хочу копаться в собственной душе в попытке получить ответ на вопрос, а что это сегодня было-то?

— У тебя все в порядке? — щелчок пальцев перед носом вывел меня из состояния кратковременной задумчивости. Сеня, стоявший напротив с самым скорбным выражением лица, вопросительно вскинул бровь, в ожидании ответа.

— Не знаю, — с минуту подумав, честно выдала, одним движением сгребая все вещи в сумку и невольно морщась от ноющей боли в плече. И пробормотала себе под нос, потирая пострадавшее место. — Ну и хватка у этого адвокатишки, оказывается…

Псих, проявив чудеса тактичности, сделал вид, что ничего не слышал. Зато не постеснялся спросить в лоб, с неизменной мягкой улыбкой:

— Проблемы?

— Я тебя умоляю, куда я без них? — криво усмехнувшись, я взъерошила волосы на затылке и закинула сумку на плечо. — Переживу. Тем более, что как завещали великие предки: поживем — увидим, проживем — узнаем…

— Выживем — учтем, ага, — хмыкнул Сеня, бросив в меня небольшим черным тюбиком. — Цени, спер у наших актеров грим. А то вид у тебя… В пору всех преподавателей университета обвинять в умственном и физическом насилии разом….

— И растлении неокрепших, несовершеннолетних умов, я помню, — я тихо засмеялась, поймав снаряд и припоминая бородатую байку всея альма-матер, бродившую по нашему вузу еще со времен его основания. И вздохнула. — Спасибо, Сень, я…

— Обязательно расскажешь, если что? — выразительно вскинув брови, ехидно поинтересовался парень. Его скептицизм можно было потрогать руками. — Свежо питание, да… Тьфу ты, заразился от тебя всяким непотребством. Ну так вот, в тот день, когда ты мой миролюбивый Птиц, искренне и как на духу расскажешь все, что тебя тревожит, справка от психиатра понадобиться отнюдь не мне.

— Твоя доброта не знает границ, — возведя глаза к потолку, я нашарила в недрах сумки небольшое зеркальце и, вытащив оное, принялась прятать последствия делового разговора с господином Альцгольдом.