Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

Утреннего ворчания, обрывавшегося с чашкой крепкого, горячего кофе и тихого, хрипловатого смеха, когда его в очередной раз валяли всей стаей по земле или полу. И ценил то странное, но такое захватывающее чувство нежности, коловшее изнутри, стоило оказаться рядом с неуклюжей, шумной и зачастую очень невезучей Мирославой.

Широкая улыбка против воли появилось на лице Эрика. Помогать кому-то ему было не в новинку. Совершенно. Но только тут хотелось до жути, до одури опекать, привязать к стулу и не давать решать все проблемы самостоятельно. Дарить милые, совершенно обыденные для других людей подарки, вроде коллекционного чая в шаре с вишней и мятой или потрепанной, местами потертой ярко-красной кепки с логотипом американской хоккейной команды. Сидеть на полу, устроив подбородок на скрещенных на кровати руках, и улыбаться, слушая беспечную болтовню и экспрессивные рассказы о приключениях одного несчастного главы студенческого совета. И может быть, даже ляпнуть в духе самой Мирки банальные слова «Я тебя люблю». Однако…

Чай и кепка так и остались в его комнате на прикроватной тумбочке. А отношения так и не вышли за предел дружеских, если не считать сегодняшнего происшествия. И что-то подсказывало Эрику, что если он и дальше будет ждать подходящего повода, что бы что-то изменить, то не дождется, определенно.

Быстрее тот самый нелюдимый патологоанатом, по прозвищу Харон, научиться любит светские мероприятия, задушевно общаться с незнакомыми людьми и ценить живых больше мертвых. Но если это все-таки случится, ее парню придется проверить собственное ядовитое сокровище на вменяемость.

— Господин Кальянов? Можно к вам? — заглянувший в кабинет начальник службы растянул губы в вежливой, безликой улыбке. В дверь он постучал уже переступив порог комнаты и исключительно как дань вежливости. О которой он если и вспоминал, то достаточно редко.

Впрочем, свои обязанности Луценко Спартак Валерьевич исполнял безукоризненно. И даже на вопль «Это Спарта?!» в исполнении Мирославы, случайно столкнувшейся с ним на кухне не так давно, пережил стоически.

Только улыбнулся холодно и отсалютовал бокалом с виски, направляясь дальше, по своим очень важным делам. Оставив девушку с не донесенной до рта ложкой овсянки стоять и хлопать глазами от удивления. Тайно сделанный снимок стал лучшим экземпляром в небольшой, но хорошо подобранной коллекции хозяина дома.

— Вы узнали? — выпрямившись и откинувшись на спинку кресла, Эрик сложил руки домиком, устроив локти на подлокотниках кресла. Север, поднявший морду с его колен, вопросительно фыркнул, поглядывая на мужчину.

Остальная стая выглянула из-за дивана, где спряталась стоило Луценко появиться на пороге кабинета.