Волк среди воров

Она у тебя есть сейчас, и никогда ты с ней не разведешься…

Грек хотел что-то ответить, но рассудок уже начало заволакивать туманом. Перед тем как его глаза закрылись и он провалился в беспамятство, Вика успела сказать:

- Наверное, хочешь знать, кто я такая? Я - сестра Валентина.

Грек это услышал, но оценить времени не хватило. Стало темно.

Пробуждение было ужасным. И состоялось оно совсем не в том месте, где Грек отключился. Пока он был без сознания, его перевезли в другой дом, сковали по рукам и ногам и бросили, обнаженного, в бетонный подвал, по стенам которого сочилась вода.

Он застонал, попытался приподнять голову. Перед глазами все плавало и кружилось. С трудом сфокусировав взгляд, он только смог различить, что рядом с ним находятся мужчина и женщина.

- Сделай ему кол, - сказал мужчина, и в голосе его четко слышались властные интонации.

Игла вошла в вену на правом локте. Лекарство подействовало удивительно быстро. Грек все еще чувствовал себя абсолютно разбитым, но голова прояснилась. Теперь он видел не только размытые фигуры людей. Теперь он мог различать лица.

Женщиной была Вика. Белый спортивный костюм скрадывал угловатости ее тела. Даже грудь как будто бы появилась. А мужчиной, одетым в темную «тройку» с ярким клетчатым галстуком, был ее брат Валентин.

Брат? Они брат и сестра, вот в чем дело… Грек не мог вспомнить, откуда ему это стало известно, но в точности знания не сомневался. Как и в том, что видит перед собой именно Валентина, а не кого-то другого. По голосу, что ли, узнал?… Кажется, вчера вечером он занимался с ней сексом. Но что было потом? И почему кажется, что прошло много времени?

- Спасибо, дорогая, можешь идти, - распорядился Киржач, и Вика послушно покинула помещение. Грохот, с которым затворилась за ней железная дверь, заставил Артема поморщиться.

Киржач не удостоил ответом. Из внутреннего кармана он вытащил алюминиевый цилиндр, в котором хранилась сигара толщиной с приличную сардельку. Церемонно обнюхал ее, маленькой гильотинкой откусил кончик, прикурил от золоченой бензиновой зажигалки.

Артем не смог сдержать усмешку. Валентин явно подражал гангстерам времен «Сухого закона», какими он их представлял по боевикам. Но подражание кончилось плачевно: после третьей затяжки он поперхнулся и раскашлялся. Лицо побагровело, глаза чуть не вылезли из орбит. С трудом восстановив дыхание, он приблизился к Греку и сел на корточки. Нападения Киржач мог не бояться: ноги Артема были не только скованы специальными кандалами, но и привязаны к торчащей из пола скобе.

- Веселишься? - Киржач прищурился так характерно, что последние сомнения в его родственной связи с Викой отпали. - Веселись, если можешь! Но у меня больше поводов для веселья, уж можешь поверить.