Волк среди воров

- А с Валентина сколько ты скалымил?

Аттила задал еще несколько вопросов, гоняя Хитрого по нюансам завтрашней встречи, а потом сделал знак Греку, предлагая выйти в спальню для совещания. На этот раз он не стал глушить Хитрого, только предупредил, издевательски погладив по голове:

- Не дергайся, птенчик, а то придется связать тебя «ласточкой».

В спальне Греков сказал:

- Если завтра меня опознают, то встреча просто сорвется, и все. Они подумают, что я там оказался случайно, а подрывник не пришел.

- Не скажи! Могут, например, решить, что это именно тебя Хитрый сагитировал подхалтурить, и тогда неизвестно, какая свистопляска закрутится. Полоснут из автомата, и вся недолга!

- «Восстания» - место людное. Побоятся стрелять.

- Тогда просто заманят… Заманят в уединенное место и спросят: сразу или желаешь помучиться?

- Лучше, конечно, помучиться.

- Не знаю, я бы предпочел сразу. Еще и попросил бы, чтобы не больно зарезали. Чик - и я на том свете! А если серьезно? Эх, знать бы, что Валентин лично приедет, можно было бы его самого прямо там и прихватить!

- Не приедет, - покачал головой Грек. - Он в Усть-Озернинске должен сидеть, постоянно на глазах у Киргиза.

- Логично. Что ж… Один вопрос остается: что делать с Хитрым?

Спрашивая, Аттила так выразительно посмотрел на Артема, что не оставалось сомнений: лично он видит только один выход. Греков поежился, вспомнив, как хладнокровно чернокожий добил раненого около базы.

- Он нам еще пригодится, - неуверенно сказал Грек.

- Да? Ты на встречу пойдешь, а мне предлагаешь его караулить? А потом бросить и скакать к тебе на помощь? Кстати, кажется. совсем недавно кто-то хотел наказать его за предательство.

- Он свое уже получил.

- Какой ты отходчивый!

- Просто стараюсь видеть вперед. Если он нам в чем-то соврал и мы завтра догадаемся об этом, то у трупа не переспросишь.

- Если мы догадаемся завтра об этом, то переспрашивать будет некому.

Вопрос разрешил сам Наиль. Ему удалось освободить руки. Со стремительностью, которой нельзя было ожидать от избитого и морально сломленного человека, он извернулся, сорвал путы с ног и вскочил.

Аттила среагировал быстрее, чем Артем. Все было кончено в десять секунд. Он вылетел из спальни в гостиную, сделал финт, на который Хитрый купился, и тут же провел круговую подсечку, сшибая Хитрого с ног. Перекувырнулся, оказался на противнике сверху и свернул ему голову. Хрустнули шейные позвонки.

Артем смотрел, потрясенный.

- Надо линять, - деловито сказал Аттила.

…Уже в машине Грек, подытожив свои наблюдения, обвинил:

- Ты специально его так связал, чтобы он мог освободиться. И говорил громко, чтоб он все слышал.