Верни меня к жизни, волк

На мое счастье, его отвлекла официантка, поставив чайничек со свежим горячим какао на стол.

— Просто любопытно, — собирая с тарелки жалкие крошки пирога, я лениво отправляла их в рот, изображая легкую скуку. — Ты же знаешь, как я люблю раскрывать секреты. А ты упомянул бессмертие…

— Не бессмертие, а продление жизни, — поправил Халле, и я подняла брови.

Он расхохотался задорно, запрокинув большую лохматую голову. Словно не впервые сталкивается с человеком, проявляющим особенный интерес именно к этой части сказки.

Что ж, я была женщиной. Любой женщине хочется как можно дольше не видеть на своем лице морщины. Пусть думает, что я спросила поэтому, а не потому, почему на самом деле.

— Все просто: ты не можешь прожить без своей половинки ни дня. Быть далеко очень больно, тянет назад, и этому практически невозможно сопротивляться. На других смотреть даже не можешь, она — твоя единственная. И самое важное: чувство возникает быстро. Стоит лишь один раз увидеть ее, и ты пропал. Это как любовь с первого взгляда, только сильнее.

— Что-то не похоже это на любовь, — похолодела я, бледнея по мере описания.

Именно такими словами описывал Кристав то, как его неудержимо тянуло в Бепре, ко мне.

Пугало, что и я испытывала к нему почти то же самое… Даже сейчас, находясь далеко, я мечтала поскорее с ним встретиться.

— Скорее, на одержимость.

— Ты права, это самое близкое описание, — не замечая, выдул Халле почти весь чайник в одно лицо. — Но только звучит как-то грубо. Если это делает обоих партнеров счастливыми, какая же это одержимость?

— Но у них нет выбора, — поежилась я. — Они просто зависимы друг от друга. Как психически нездоровые люди или маньяки. Прости, но это не любовь, а фигня.

— Как знаешь, — пожал друг плечами и посмотрел на меня слишком пристально, словно примерил ситуацию ко мне. — Представь, если бы это случилось с нами? Вдруг волчья магия способна прибавить не только годы жизни?

На одно короткое мгновение внутри вспыхнула надежда на чудесное исцеление.

Отдаление старости во времени очень напоминало регенерацию, и этому должно было найтись объяснение — например, постоянный обмен жидкостями, содержащими необходимый элемент. Будучи естественной частичкой оборотня, он помаленьку передавался человеку и наделял способностью к восстанавлению, но при этом не приводил к обращению.

Только возникнув, надежда быстро погасла: если Кристав не был уверен, что меня излечит превращение, то о каком другом чуде может идти речь?

Просто Халле хотел соблазнить меня самой идеей, вдруг я куплюсь. Захочу встречаться с ним ради такого шанса. Хитрец.

В любом случае это не имело смысла, потому что между нами не было и намека на истинность.