Верни меня к жизни, волк

— А на самом деле?.. — полюбопытствовала я, желая узнать подробности.

— Это был совсем другом мир. Из подростков мы вдруг стали солдатами. Постоянные драки, море тестостерона и преступные планы — не то, о чем мы с Линет мечтали, думая о своем будущем.

— И тогда вы ушли?

— Не сразу, — поморщился Кристав недовольно. — Поначалу все это казалось необходимостью: Белтран жестко дал понять, что человеческий мир теперь для нас под запретом, мыдолжныбыть частью его стаи и выполнять все требования. Какое-то время я даже не знал, что бывает иначе.

Он искоса взглянул на меня.

— Приказ альфы действует подавляюще, особенно на новичка, ему почти невозможно сопротивляться. Потребности вожака как бы становятся частью тебя, и ты не осознаёшь, что это не твои собственные желания.

Я вспомнила, какое влияние на меня оказывал иногда голос Халле, и поежилась, представив, что Кристав испытывал нечто похожее. Неприятно, когда тебе навязывают что-то извне.

И теперь я совсем иначе посмотрела на тот случай. Значит, мне вовсе не померещилось? Халле и в самом деле умел ментально приказывать? И он использовал свою магию на мне?!

— И как же ты смог уйти, если влияние было настолько сильно?

— Линет, — улыбнулся брат воспоминанию об умнице-сестре. — На женщин власть альфы действует слабее, да и вообще волчицы легче привыкают к новой сущности. Они не так агрессивны, не слишком зависят от эмоций и полной луны, их голод не настолько сильный… Словом, поддерживать человеческий облик им проще с первого дня.

— Тебе было трудно?

Теперь я поняла, откуда взялась разница в яркости глаз, и почему Линет подпустили ко мне первой, тогда как Криставиану запрещала приближаться ко мне даже сестра. Видимо, у Криса до сих пор есть проблемы с самоконтролем, а может, они не исчезнут и никогда, просто потому, что он мужчина.

— Да, — подтвердил парень. — Но со временем своя воля крепнет, а воздействие альфы ослабевает, и даже если бы не настойчивость Линет, я смог бы рано или поздно покинуть стаю.

— Что она сделала?

— Просто уговаривала меня съездить домой. А однажды стащила у Белтрана ключи от моей «камаро» — ее бандиты тоже забрали с собой, чтобы имитировать наш с Линет отъезд. Ну, или она им просто очень понравилась…

Парень прикрыл глаза, словно говорит о любимой похищенной женщине, а не о машине. Эх, мужчины.

— Домой я заходить побоялся: в то время еще любая эмоция выводила меня из себя. Даже просто в городе появляться было небезопасно. Поэтому, пока Линет побежала навестить мать с отцом, я, вспомнив о тебе, решил сгонять в Бепре…

— И что же произошло? — нахмурилась я, потому что Кристав надолго замолк, а его черты вновь напряглись и ожесточились, будто воспоминание причиняло ему боль.