Волк ищет тебя

..

Ками не вырывается. Она спокойно сидит, прижавшись ко мне, будто хочет этого не меньше, чем я. Моему волку безумно хорошо. Я бы сидел так вечность, вдыхая запах её волос и слушая быстрый стук сердца.

Зверь действительно успокаивается уже через несколько минут нашей с Ками близости. Это поразительно, как черноглазка влияет на меня. С каждой чёртовой секундой я все больше убеждаюсь, что девчонка моя пара. Иначе и быть не может — я не согласен.

Тихий вздох черноглазки отзывается трепетом где-то за грудиной. Я шумно сглатываю и чуть сильнее прижимаю к себе малышку, отчего вся кровь в моем теле устремляется в пах. 

Да мать вашу! Только этого мне не хватало сейчас... 

— Хорошо так, да, Ками? Нравится греться о горячую кожу оборотня? — решаю немного пошутить, чтобы отвлечь себя от мыслей, как полная девичья грудь, которую я созерцал под светом луны прошлой ночью, в данный момент трётся об меня. Надеюсь, это поможет хотя бы отчасти снизить напряжение в штанах. 

И да, мой подкол срабатывает, но слегка не так, как я планировал. Черноглазка отталкивается от меня ладошками и недовольно шипит:

— Придурок! Грейся об себя сам! 

Вот оно как! Нимфа превратилась в фурию? Снижению напряжения в штанах это, к сожалению, не способствует. Даже наоборот... 

— Дерзкая... — я хрипло посмеиваюсь, глядя как малышка вскакивает на ноги, отбегает от меня в другой конец комнаты и чуть ли не забивается в угол. 

Её суровый взгляд направлен в мою сторону, а руки теперь сложены на груди, будто она пытается защититься и возвести между нами как можно больше преград. 

Не выйдет, крошка. Уж извини. 

— Почему ты хочешь покинуть колледж вместе со всеми? Что это тебе даст? 

Выгнув бровь, я тоже встаю с пола, стараясь при этом незаметно поправить член, упершийся в ширинку джинсов. Но от черноглазки это моё движение не укрывается. Она стреляет взглядом вниз, затем сглатывает и зажмуривается. В этот момент, мне кажется, я слышу её мысли, в которых царит паника. 

Да уж, выводить девчонку из равновесия довольно интересное занятие.

— Я хочу быть рядом с тобой, — отвечаю честно, просто потому что считаю, что нет абсолютно никакого смысла увиливать. — Моему зверю так будет спокойнее. 

— С чего бы это твоему зверю будет спокойнее рядом со мной? 

— Потому что он решил, что ты нам принадлежишь.

Уже который раз черноглазка нервно вздрагивает и отводит глаза в сторону. Скрывает что-то, но говорить не хочет. 

— Вот и посмотрим дальше, глупости или нет. 

Когда отец и Маркус возвращаются в комнату, я замечаю, что у дяди откровенно ошеломленное выражение лица. Нечасто такое увидишь. О причине я, конечно, догадываюсь. Отец наверняка рассказал ему о моих предположениях о парности с Ками.