Белая субмарина: Морской волк 4-6

В восточной части полуострова, у Керченского пролива, оборону держал 5-й армейский корпус генерала Альмендингера в составе 73-й и 98-й немецких пехотных дивизий, 6-й кавалерийской и 3-й горнострелковой дивизий румын. Оборонительные рубежи на Перекопском перешейке и вдоль Сивашской дамбы прикрывал 49-й альпийский корпус генерала Конрада. В его состав входили 50-я и 336-я дивизии немцев, а также 10-я и 19-я пехотные и 9-я кавалерийская дивизии румын. Две горнострелковые румынские дивизии охраняли прибрежные районы и вели борьбу против партизан в глубине полуострова. Переброшенная в Крым в начале марта 111-я немецкая пехотная дивизия оставалась в резерве. Одна бригада штурмовых орудий находилась у Перекопа, вторая – в районе Керчи. И был готов план эвакуации, предусматривающий в течение шести-семи дней отвод войск из всех секторов полуострова в укрепленный район Севастополя, откуда они должны быть вывезены транспортными судами. Главная линия обороны – «линия Гнейзенау», дугой окружавшая Севастополь, – прикрывала все основные дороги, ведущие к этому городу-порту. Севастополь намечалось удерживать в течение трех недель. За это время армию предстояло вывезти на судах, используя портовые пристани и пирсы."

"Но вместо ожидаемого штурма пришла другая, еще большая, опасность. Взбешенный открытой изменой войск своего румынского союзника, Гитлер отдал приказ фактически оккупировать Румынию. Роковой ошибкой было, во-первых, выделить на это явно недостаточно сил, а во-вторых, из этих войск подавляющая доля была венгерские, а не немецкие дивизии. Может, у него и не было альтернативы: учитывая положение на фронте, венгры просто оказались рядом, в достаточном, как показалось, количестве. Но достаточно было знать традиционное отношение румын к венграм, особенно после Венского арбитража 1940 года, чтобы удержаться от этого опрометчивого шага. Король Михай проявил неожиданную решимость, приказав арестовать Антонеску и оказать сопротивление «венгерскому вторжению» – именно так было сформулировано в его воззвании: война с внезапно напавшей Венгрией, а не с Еврорейхом. Немецко-венгерские войска явно превосходили румын качественно, особенно по авиации и танкам, и максимум двух недель хватило бы, чтобы подавить румынский мятеж, но этого времени как раз и не было, ибо русские уже выходили на румынскую границу и намерены были вмешаться самым решительным образом.

У короля Михая не было выбора. Его войска отходили, почти бежали – на севере от русских, на западе от венгров, вопрос стоял лишь, кто подойдет к Бухаресту раньше. Причем ясно было, что с немцами никакой мир невозможен – Гитлер, взбешенный «бунтом на корабле», открыто заявлял, что расправится с изменниками в традициях комиссии «Первого февраля».