Белая субмарина: Морской волк 4-6

Ясно теперь, отчего фашисты на занятой ими территории заставляют наших священников от такой веры отрекаться! А сами, выходит, истинно черту служат, хоть написано у них на бляхах: «Готт митт унс», – с нами Бог значит. Ну так на заборе тоже много чего написать можно! И вспоминаю, как на политзанятиях, еще месяц назад, нам товарищ старший политрук рассказывал, что у немцев – под большим секретом – самые настоящие «черные мессы» проходят, когда они наших пленных в жертву дьяволу приносят на черном алтаре – и тоже кто-то вылез и спросил, зачем Адольфу пришествие сатаны – так политрук ответил: а у кого еще бесноватому помощи просить – лишь надеяться, что он с близким родственником как-нибудь договорится.

А ночью – мы спали, но дневальные рассказывали – до утра на ту сторону летали ночники У-2, и один раз там что-то очень сильно горело и взрывалось, хорошо видно было даже на нашем берегу. Наслышаны мы были про эту секретную огненную смесь, а пару раз и в относительной близости результат наблюдали: даже на воде горит, причем от воды и влаги еще жарче, не тушится ею совсем. Называли ее по-разному: «коньяк Молотова», «огненный студень», «крематорий» – но вот после этого как-то повелось «святой огонь». Когда насмотрелись, что бывает, если из «рыси» засадить по дзоту – и хоронить после некого, одни головешки внутри.

Капитан Цветаев, Максим Петрович, 1201-й самоходно-артиллерийский полк.

Берег Днепра, 3 июня 1943 года

Самоходочки были просто великолепные. Двадцать машин на четыре батареи; в апреле ввели новый штат – теперь у командира своя отдельная, итого в батарее пять. А командиру полка положен танк – итого в полку двадцать одна единица брони.

По уставу, «командир самоходного полка» – это должность подполковничья. Майора – с большой натяжкой, а я вообще пока капитан. Но как попал наш комполка в госпиталь после того боя с «тиграми» под Прохорово, так нового и не прислали. Так что я, согласно приказу, «временно исполняю обязанности». Наверное, в штабе решили, что коней на переправе не меняют – когда новые машины принимал, сказали мне: хорошо себя покажешь – приказ на майора и полное утверждение в должности уже готовы, только подписать. Был ли я рад – вопрос сложный. С комполка и спрос, и ответственность куда как больше, чем с командира батареи. А если, пока война кончится, до полковника дослужусь, так ведь и на гражданку не отпустят. Когда-то учителем в школе был, в городе Кирсанове под Тамбовом, туда и вернуться бы хотелось."

"Новый танк с тридцатьчетверкой даже сравнить нельзя, во всех отношениях. Хотя пушка та же – восемьдесят пять.