Карим. Против воли

Он вбирал кожу, слегка посасывал, а затем и вовсе погружал в дырочку язык, заставляя меня растворяться на волнах экстаза. Я сжимала пальцами простынь и едва стояла на коленях, ощущая, как мою плоть пронзают знакомые спазмы.

Когда Карим втянул в рот горошину клитора, я взорвалась в ярком оргазме. В голову ударил повышенный градус, а по телу прошёлся крышесносный разряд импульсов. Обессиленная, но счастливая, я рухнула на живот, но не успела перевести дух, как муж снова поставил меня на колени и, особо не церемонясь, ворвался в лоно одним мощным толчком. Проникновения его члена были глубокими, а толчки — жёсткими и достаточно быстрыми. Я слышала, как Карим тяжело дышал; чувствовала, как мужской таз трётся о мои ягодицы с характерными для этого звуками. Сейчас муж по-настоящему меня трахал, а не занимался любовью. Его руки сжимали полушария моих ягодиц до болезненного отклика, но я смиренно терпела, ощущая новую волну возбуждения.

Карим сделал финальный толчок и, достав из дырочки трепещущий ствол, излился на мою поясницу. Ещё какое-то время муж стоял позади меня, прижимая головку члена к моей коже, а затем, отдышавшись, Карим упал на спину и громко выдохнул:

— Ты куда? — бросил в мою сторону обеспокоенный взгляд.

— В душ.

— Давай немного полежим, — улыбнулся Карим и поманил меня пальцем. — Иди сюда, моя красивая.

— Не-а, — мотнула головой. — Ты кончил мне прямо на спину, разве я могу с ""этим"" лежать?

— Просто. Иди. Сюда.

Я сдалась и с разбегу плюхнулась на Карима. Распласталась сверху и, положив ладони на его грудь, принялась пропускать между пальцев завитки темных волос. Карим наблюдал за мной со стороны, мило улыбаясь. Гладил мою голову, заправлял за ухо одинокие пряди и ласкал изгиб шеи.

— Можно я у тебя кое-что спрошу? — я подняла взгляд вверх и обомлела, примечая радость на мужском лице.

— Спрашивай, — улыбнулся на одну сторону.

— Как давно ты понял, что любишь меня?

— Я не знаю, моя душа.

— Разве так бывает? — удивилась я, а затем поддавшись немного вперёд, очертила пальцем контур мужских губ. — Мне кажется, что такие важные события должны храниться в памяти.

— Так они и хранятся, — Карим приблизился к моему уху и прошептал. — Я люблю тебя с первой встречи. Сначала это были платонические чувства, как к младшей сестре, но ты взрослела, и мои чувства — тоже. Когда тебе исполнилось восемнадцать, я впервые задумался обо всём."

"— Удивительно. Почему ты не подошёл ко мне раньше? Почему не попытался построить отношения? Я же боялась тебя, Карим. Я видела твой тяжёлый взгляд и не знала, куда себя деть. Возможно, если бы ты сделал первый шаг ещё тогда, мы бы не потеряли столько времени.

— А ты готова была к моим шагам? — спросил муж, слегка сощурившись.