Волхв

 — Этот бандит, собрал такую же банду, как он сам, и теперь у меня под боком вполне рабочий коллектив прогнозистов и аналитиков. Да, по классу они не дотягивают до Николаева, но тоже очень хороши. Но, кстати о Николаеве. Он предложил для вас в качестве значимой внешнеполитической победы, заключить прямой договор на поставки нефти с дисконтом от существующей мировой цены. Скажем на пять долларов за баррель. Это на десять процентов повысит конкурентоспособность вашей продукции по сравнению с Европой, которую сейчас будут доить арабы.

— А Восточная Европа? — Сразу спросил Никсон.

— Поставки странам народной демократии сокращены, а в некоторые страны прекращены вовсе, так как они не пожелали платить по рыночным ценам. Нам сейчас выгоднее договориться с той же Финляндией или Францией о поставках в обмен на энергоносители чем разговаривать с нашими так называемыми союзниками. — Брежнев покачал головой. — Знаешь Ричард, когда есть такие союзники, никаких врагов не нужно.

Ко всему пакету договоров, от щедрот добавили одностороннее сокращение СССР, нескольких типов дальнобойных вооружений которые уже давно нужно было списать, и расширение объёма заказов на станки, сделав особый упор на деревообработку. С учётом того, что планировалось переоборудование тысяч лесопилок по всему СССР, и создание высокопроизводительных деревообрабатывающих комплексов, параллельно с полным запрещением экспорта леса-кругляка, контракт вышел вполне серьёзным. Плюс строительство ещё двух химических комбинатов, с глубокой переработкой природного газа, и выпуска удобрений. Ну и в качестве вишенки на торте, документ о сотрудничестве с США в космической сфере.

Но главное, для чего приехал Никсон, была конечно беседа с Виктором Николаевым. Он привёз три папки с документами, которые Виктору пришлось обработать в срочном порядке, пока взрослые дяди договаривались о больших деньгах. Но ко второму дню, он был готов к беседе, и хотя и пребывал в несколько раздражённом состоянии вследствие устроенного для него внезапного аврала. Но внешне это никак не проявлялось кроме чуть замедленной реакции на слова, из-за того, что Виктор более тщательно себя контролировал.

Встречались в небольшом кабинете, за низким столиком у которого стояли пара кресел, и два стола для переводчиков и секретарей. А на столе стоял небольшой магнитофон, который секретарша Никсона сразу включила, и проверив микрофон, заняла своё место.

Разговор начался с обсуждения жаркой и совершенно летней погоды в Москве, нечастой для сентября в средней полосе, пока не перешёл к делу.

— Виктор, материалы, которые вам передали, весьма чувствительны к разглашению, хотя и не являются секретными.