Волевой порог

Вот как ни крути, а на войне без женщин никак нельзя. Я не в том смысле, что ты подумал, — нахмурился он. — Я в том, что они должны быть. Пусть на каких-то неопасных должностях. Регулировщицы, связистки, медсестры. Грубеем мы на войне, а их присутствие облагораживает, делает нас не мужиками, а мужчинами. И лишний раз побриться хочется, и подворотничок свежий подшить.

— Я смотрю, ты без женского глаза и не брился сегодня, — засмеялся Шелестов. — А подворотничок на твоей гимнастерке с утра уже как портянка. Так что проезжай мимо и издалека ручкой девочке сделай. Не позорься!

И стоило Шелестову произнести эти слова, как вдруг машина запрыгала, диск на правом переднем колесе начал биться о камни. Буторин выругался было, но тут же замолчал и свернул с каменистой неровной дороги на траву у самого пункта регулировщиц. Девушка-регулировщица с ехидной усмешкой наблюдала за двумя старшими офицерами. Шелестов сразу, как только машина остановилась, перегнулся через дверку и кивнул. Прокол. Мрачный Буторин обошел машину и уставился на спущенное колесо.

— Товарищи офицеры, — послышался мелодичный грудной девичий голос, — в переделах поста остановка автомобильного транспорта запрещена. Прошу проехать на двадцать метров вперед.

Шелестов хотел было вмешаться как старший по званию, но вовремя сообразил, что приказывать военным регулировщикам он не имеет права. Правда, как офицер СМЕРШа он имел довольно большие полномочия, но козырять вот здесь и сейчас своим удостоверением не хотелось. Буторин тут же встал в позу и решил поспорить, сославшись на особые обстоятельства, но тут всем на помощь пришла крупная женщина с погонами старшины на гимнастерке в обтяжечку. Буторин, увидев ее, сразу благоговейно замолчал.

— Что тут у вас? — Старшина подошла, мягко ставя на траву ножки в начищенных сапожках, посмотрела на спущенное колесо и кивнула. — Поломка? Ничего, товарищи офицеры, чинитесь. А ты, Вероника, по уставу службу неси, да только и в ситуацию вникай!

— Есть вникать! — бойко и весело отозвалась регулировщица и стрельнула глазами в сторону подтянутых симпатичных офицеров.

Буторин все же проехал еще десять метров и поставил машину на относительно ровную и свободную от камней площадку. Смена пробитого колоса на запасное заняла всего минут двадцать. Закончив работу, оперативники подошли к палатке, попросив старшину разрешить помыть руки. Еще одна девушка-регулировщица в неподпоясанной гимнастерке назвалась Катериной и стала с улыбкой поливать из кружки на руки офицерам. Потом старшина смущенно предложила чаю.

Оперативники разговорились с девушками. Старшина Антонина рассказала, что в пяти километрах к югу есть автомобильная часть и там, наверное, помогут починить пробой на колесе.