По воле короля

Ей очень подходит! Сочувствую, что вам с ней придётся иногда делить постель. Она до сих пор не забеременела от вас? Уверена, что она пьёт специальные травы, чтобы этого не произошло вовсе. Если нас с вами Единый наградил вопреки тому, что вы заставляли меня пить специальный отвар, то она делает это осознанно. Я не увидела в ней любви к вам.

— Успокойся, Клотильда. В тебе сейчас говорит ревность. Ты не знаешь, какая она на самом деле. И не нужно делиться со всеми тем, что я написал лично тебе сразу после свадьбы. За то время, что мы ехали домой, многое изменилось.

— Поздно, — злорадно улыбнулась баронесса. — Я же не знала, что подробные неприглядные сведения о будущей Хозяйке Стоунберга — тайна. Люди должны были знать о смене вашего статуса и о том, что их ждёт с приездом вашей супруги. Они уже сделали выводы. Осталось только подтвердить или опровергнуть их на практике. Пока она оправдывает то, о чём вы писали. Сегодня она эгоистично пренебрегла своими обязанностями вашей супруги на первом совместном завтраке. Выставила вас посмешищем. Мне стоило большого труда успокоить сплетниц и дать ей шанс.

Герцог Гренстон недовольно морщился, слушая баронессу. Он пожалел, что тогда, под влиянием момента, отправил письмо Клотильде с извинениями и заверениями, что в жизни баронессы ничего не изменится с приездом законной супруги. С другой стороны, в чём-то она была права. Людей тогда нужно было успокоить, а то они напридумывали бы всяких небылиц.

— Судить действия герцогини Гренстон — мой удел, — жёстко подвел итог разговора герцог и сбросил руки Клотильды с себя. — Для всех она Хозяйка Стоунберга, леди Клотильда. Попрошу впредь уважительно отзываться о миледи Лиссандре. Она выше вас по рождению и положению в обществе, — защищая Лиссу, герцог испытывал злость от того, что вообще вынужден это делать. Репутация Лиссандры в Срединных землях оставляла желать лучшего. Не хватало ещё испортить её в Стоунберге до того, как миледи себя проявит.

***"

"В мыслях Эрика пронеслась встреча и разговор с баронессой, оставляя следом раздражение на себя. Чувствовать неуверенность в своих действиях и поступках для него было внове. Герцог привык быстро принимать решения на поле брани, а тут вдруг погряз в сомнениях.

— Миледи, ответьте честно, вы принимаете настойки, чтобы не забеременеть?

Изумрудные глаза удивлённо округлились от заданного вопроса. Герцогиня нахмурилась.

— Зачем мне это нужно? Нет, конечно. Я осознаю, в чём мой долг перед вашим родом, милорд. И вовсе не против родить ребёнка. Если вы помните, то мне уже не шестнадцать. Я в той поре, когда беременность будет протекать наиболее благоприятно.