Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

— На графство Иртин. Не вижу смысла менять уже разработанные планы.

— Но…

Князь отвернулся.

— Графство Иртин сейчас единственный источник необходимых ресурсов мятежников. И оно единственное, которое ещё сопротивляется. Как только мы разберёмся с ним у Игранда не останется ни денег, ни людей, ни других возможностей продолжать мятеж. Выступаем завтра утром… Не заставляй меня повторять, Конрон!

Спорить не рискнул никто.

Слухи по замку распространялись с быстротой молнии и когда Володя зашёл в комнату к пленникам тем, судя по всему, уже успели рассказать о «подарке», который прислал старший сын бывшего герцога. При одном только взгляде на вошедшего князя, Ульмар сжался и инстинктивно закрыл собой семью. Находящаяся здесь же графиня подняла руку, словно пытаясь закрыться, попыталась что-то сказать, но не решилась. Аника решительно вскинула голову, но была решительно отодвинута матерью.

— Милорд!!! — в комнату ворвался граф Танзани. — Я приказал усилить караулы тут, а то солдаты… — Тут он увидел лицо князя и осёкся. — Милорд, герцог должен быть доставлен в столицу! Ты слышишь меня?!

— Володя! — сзади кто-то подскочил и обхватил его за пояс, чьё-то лицо уткнулось в спину. Володя вздрогнул… медленно вернулись чувства, исчез холод… Аливия выскочили вперёд и ещё крепче вцепилась в него. — Остановись, — прошептала она, давясь слезами.

— Ленка… Ты чего?

— Пусть Ленка!!! Пусть, только вернись!!! Я не хочу больше видеть тебя таким!!! Не хочу!!! Давай вернёмся на остров!!! Только не становись таким снова… не хочу… не хочу… не хочу…

— Ты… — Володя моргнул. Потом осторожно опустился на колени и обнял девочку. — сестрёнка…

Аливия уткнулась ему в плечо и разревелась. Рядом облегчённо вздохнул граф Танзани. Володя подхватил девочку на руки и поднялся… глянул на Ульмара.

— Вы воспитали достойного наследника… — развернулся и вышел. Рядом пристроился граф.

— Я, глядя на ваше лицо, испугался уже, что вы убьёте в комнате всех.

Володя сбился с шага, а потом замер, чуть повернул голову."

"— Убью? — вздохнул. — Вы меня совершенно не знаете. Я не собирался делать такой глупости. Я не знаю чего добивался Игринд, когда прислал голову парламентёра. Может хотел вывести из себя, чтобы ошибок наделал. Только напрасно. Мои учителя давно заметили, что в моменты опасности или потрясения я становлюсь совершено спокойным… исчезают все чувства. Я не могу испытывать ни гнев, ни страх, ни отчаяния… ни радости.

— Но Аливия…

— Да. — Володя прижал девочку к себе покрепче. — Я в таком состоянии долго прожил… Я её в таком и встретил. Поверьте… очень тяжело разучиться испытывать какие-либо чувства.

Володя давно уже ушёл, а граф ещё долго смотрел ему вслед.

— Теперь понятно, — пробормотал он.