Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Оглядев собравшихся, он прошёл к своему месту, но садиться не стал.

— Итак, господа, наше положение все вы прекрасно знаете. Скоро известие о падении замка дойдёт до герцога и тот ускорит марш, чтобы наказать нас за нахальство. Какие предложения будут?"

"Задав этот сакраментальный вопрос, Володя опустился на стул, откинулся на спинку и выжидательно поглядел на всех. На миг в комнате воцарилась тишина, которая моментально взорвалась гомоном голосов. Кто-то заспорил с соседом, некоторые пытались согласовать своё видение ситуации. Во всём этом шуме невозмутимыми остались только Лигур, Конрон и Танзани. Граф, правда, неторопливо поднялся со своего места, отозвал Лигура к окну и стал что-то у него выспрашивать. К ним подошёл Конрон. Недолго посовещавшись, они, почему-то дружно косясь на князя, вернулись на свои места.

— Что-то придумали? — поинтересовался Володя.

— Мысли у меня есть, но боюсь, они вступят в конфликт с твоими. Потому предпочту выслушать твой план и его обдумать.

— А вот мне бы хотелось выслушать разные мнения, — вздохнул князь. — Возможно в моём плане произойдут изменения.

Наконец один из офицеров решился заговорить — видно делегировали его от группы. Тот довольно толково рассказал о текущей ситуации, что их остальные войска подойдут однозначно раньше войск герцога и этим надо воспользоваться, чтобы дополнительно укрепить замок, а потом засесть в оборону…

Володя до этого момента слушал внимательно, но когда пошёл разговор о дополнительных укреплениях жестом остановил его.

— Кто ещё думает, что надо садиться в осаду?

Поднялось несколько рук.

— Готовы обосновать это мнение?

На этот раз выступил один из полковников, бывший раб. Локхерцы поморщились, но ничем иным своё отношение к выскочке не проявили — в своё время князь довольно резко отреагировал на попытку одного из тиров высказать нежелание находиться в одном помещении с бывшим рабом, после чего этот тир вылетел из этого помещения пулей с категорическим запретом подходить к князю даже близко. Слова, которыми проводил тира князь хоть и были на незнакомом языке, но их смысл дошёл до всех.

Полковник ненадолго задумался, собираясь с мыслями, а потом объяснил, что превосходство врага в силах таково, что принимать бой в открытом поле чрезвычайно опасно…

Тут же нашлись тиры, которые обвинили его в трусости. Володя прервал готовый было уже разгореться скандал хлопком ладони по столу, а сидящий рядом граф Танзани медленно обвёл спорщиков таким взглядом, что те моментально притихли, а зачинщик даже робко пробормотал извинение. Во даёт человек, восхитился Володя, один взгляд и моментально тишина и порядок.