Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

— Щит и меч? Мы щит и меч империи. Её защита и её оружие. Защищаем своих и караем врагов.

— О-о-о… Ваш род долго служил вашей империи?

— Долго, милорд. Но первый дворянский титул мой предок получил около четырёхсот лет назад на поле боя из рук царя Ивана 4, или как его называли, Грозного.

— Грозный… это… Свирепый?

— Ну… мне трудно подобрать аналог на вашем языке, я его ещё плохо знаю. Нет, не свирепый, это было бы не совсем точно.

— Что ж, я понял. Однако ваш род старше многих родов не то что королевства, но и Тралийской империи. Даже мой род имеет меньшую историю.

Володя на миг даже почувствовал угрызения совести. В отличие от его истории история рода герцога Алазорского была настоящей."

"— Я не очень напираю на свою знатность. У нас в империи был один известный учёный, очень знаменитый, с ним даже императоры считали не зазорным советоваться, так он из крестьян происходил. Пешком пришёл в нашу столицу, поступил в школу, потом закончил университет, в последствии стал академиком и председателем академии наук… гм… ну по вашему главным над всеми университетами страны.

— Интересная, должно быть, личность.

— Сложная, я бы сказал. Полагаю, с ним трудно было общаться на личном уровне — слишком властным был. Но иначе он бы и не достиг всего этого. Так вот, я с ним согласен, что человек, кичащийся своими славными предками похож на картошку.

— На картошку???

— Да. У неё тоже все самое лучшее в земле.

Герцог запрокинул голову и расхохотался. Ехавшие позади охранники напряглись, но тут же расслабились, сообразив, что ничего опасного не происходит, а их господин просто услышал что-то очень весёлое. Наконец герцог успокоился и вытер выступившие от смеха слёзы.

— Надо будет запомнить. При дворе у нас много таких картошек.

— Вот-вот. Лучше быть, чем казаться.

— На гербе у вас эти слова?

— Нет. «Честь. Отвага. Верность».

Отъехав от города, свита герцога с энтузиазмом включилась в охоту, Володя вежливо, но твёрдо отказался. Герцог тоже. Было видно, что отказывается он не из вежливости, чтобы продолжить разговор, а действительно не очень любит это занятие, а раз отказался Володя, то и он с чистой совестью отказался — нельзя же оставлять князя одного скучать? Однако когда вся процессия ускакала вперёд, предупредил:

— Придётся привыкать к этому, даже если охоту не любишь, иначе приобретёшь кучу проблем на пустом месте. Я и сам не люблю это дело, но всё равно приходится участвовать.

Отъехав в сторону и расположившись на берегу реки, где слуги немедленно соорудили что-то типа стола из овощей, вина и некоторых других продуктов.

— А мясом нас наши охотники сейчас снабдят. — Герцог протянул руку и отрезал кусок сыра, хлеба, соорудил себе бутерброд и с аппетитом откусил.