Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

А вы граф… ну не знаю, успокойте своего оруженосца, что ли, а то он скоро взорвётся."

"Эндон и правда весь кипел и сдерживался, похоже, только из-за своего господина, который проявлял совершенно непонятное для него терпение. Володя не слышал, что там граф сказал оруженосцу, но тот немного остыл. Пока все занимались делами, мальчик присел рядом с Джеромом и наблюдал, как старательно тот выводит буквы. Карандаш он держал вполне уверенно, как человек, который привык много обращаться с пишущими принадлежностями. Мальчик начал спрашивать названия букв, потом забрал исписанный листок и попросил повторить их, записывая рядом с буквой её транскрипцию в русском. Подошла Аливия и тоже заглянула в листок.

— Смотри-смотри, — посоветовал Володя, не отрываясь от записи. — Тебе тоже придётся это учить.

— О да, — язвительно протянул Эндон. — Как раз подходящее дело для писцов и купцов.

— Это он так нас с тобой оскорбить пытается, — объяснил Володя Аливии. — Невежественен, так ещё и гордится этим. Ну пусть пытается. Он даже не догадывается, насколько смешон.

Непонятно, что там сказал оруженосцу граф, но тот только зашипел от ярости, однако меч обнажить даже не попытался. Только покосился в сторону графа и отошёл.

Наконец дела все закончены и телега снова неторопливо покатила на запад. Ну и слава Богу — Володя уже начал опасаться, что они никогда не двинутся в путь.

Лошадка как раз в этот момент решила не очень утруждать себя и тащилась со скоростью заморённой черепахи, никакие усилия не могли заставить её ускорить шаг. Джером ругался и грозился в ближайшей деревне купить новую лошадь, а эту пустить на колбасу. Аливия возмутилась и заявила, что ей лошадку жалко, у неё такой несчастный вид… при этом она просяще глянула на Володю. Тот вздохнул и попросил Джерома оставить эту тупую скотину в покое.

— Нам только до городка ближайшего добраться, а там поменяем её.

Эндон фыркнул, но промолчал. Володя же, встретив участника обоих несчастливых для королевства сражений, с энтузиазмом набросился на Филиппа с расспросами, пытаясь выяснить, как двигались армии, какие приказы они получали.

— И тогда герцог Лодерский отдал приказ атаковать кавалерией передние ряды, — сообщил солдат.

— Идиот, — прокомментировал Володя. Филипп и граф Готский покосились на него с одинаковым выражением.

— Герцог был настоящим солдатом, — терпеливо ответил Филипп. — Когда он понял, что сражение проиграно, он лично возглавил отряд рыцарей и повёл его в последний бой.

— Храбрый идиот, — поправился Володя.

— Герцог был замечательный человек! — не выдержал граф. — Храбрый, честный, открытый! Сэр Вольдемар, прошу, не злоупотребляйте тем словом, которое я вам дал.