Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Конечно, не сразу как очутился на базе. Первоначально просто подгоняли школьную программу. Ещё бы, ведь почти полтора года не ходил в школу с тех пор, как погибли родители. Даже и то, что знал, забыл — для жизни на улице эти знания совершенно не нужны. Правда, сразу же начались и весьма специфические предметы: обязательно спорт с боевыми искусствами, причём такими, о которых я ни разу и не слышал. Потом фехтование и… тренировка памяти и внимания. Делали просто — сажали в кресло, пристёгивали к нему, подводили провода, а потом на экране демонстрировали разные геометрические фигуры. Как только показывалась определённая, заранее названная фигура, требовалось нажать кнопку под правой рукой. Если не успевал или не замечал, било током. Не больно, но неприятно. Первое время было просто, но потом скорость смены фигур возрастала, я стал чаще ошибаться, а током било сильнее… Хочешь не хочешь, но внимательности научишься. С тренировкой памяти почти так же: выводился на экран текст, который надо прочитать и запомнить, а потом начинали мелькать слова и требовалось указать те, которые встречались в тексте. Ещё упражнение с разными фигурами, которые нужно расставить в первоначальном порядке… никакие просьбы на мучителей не действовали. Дело даже не столько в сложности, сколько в боли, которая стала моим постоянным спутником, ибо ошибок первое время было намного больше, чем правильных ответов.

После одного такого сеанса ко мне подошёл Александр Петрович — человек, который и привёл меня на базу.

— Ты же ведь мужчина, а значит должен стойко бороться с трудностями, — он присел рядом со мной прямо на пол.

Я угрюмо посмотрел на него.

— Вам бы так. Я готов учиться…

— Неправда. Ты так думаешь, но по-настоящему тебя может заставить учиться только стимул.

— Ага. Вам бы так.

— А я тоже через такое проходил, — Александр Петрович улыбнулся воспоминаниям. — Неужели ты думаешь, что этот тренажёр создали специально для тебя? Скажу откровенно, меня током било намного сильнее. Из-за возраста тебе сделали скидку.

— Вас тоже так учили? — удивился я так, что и про все обиды забыл, и про недавнюю боль."

"— Да. И вот смотри… — Александр Петрович поднялся, взял с полки первую попавшуюся тетрадь и протянул мне. — Открой на любой странице.

Я выполнил просьбу. Наставник забрал тетрадь и секунд пять внимательно просматривал текст. Закрыл и вернул мне, после чего отправился к столу, достал чистый лист и принялся быстро писать. Закончил и протянул листок мне.

— Сравни.

Я недоверчиво открыл тетрадь, положил рядом исписанный листок и старательно зашевелил губами, читая текст там и там, проверяя каждую буковку в формулах, правильность указанных размеров в чертеже.

— Вот это да!

— Вот видишь.