Волчонок

Это не то, что мне следует говорить, но Тайлер так обезоруживающе откровенен, что кривить душой и играть в равнодушие перед ним кажется неправильным.

– Я не буду этого делать, если тебе неприятно.

Вот так просто. Одно мое слово, и он перестанет позволять сопернику калечить себя. Невероятно, но я уверена, что он не лжет.

– Пожалуйста, больше никогда не делай этого.

Ответ следует незамедлительно:

– Не буду.

– Может быть, мы уже поедем, – жалобно ноет сестра из-за спины Тайлера. – Не хочу выглядеть третьей лишней в глазах этих пресыщенных снобов.

– Моя машина стоит на заднем дворе. Пойдемте.

Мы с сестрой поднимаемся со стульев и в сопровождении цепких взглядов, преимущественно женских, идем к выходу.

– Новые цыпочки, Волчонок? – щерится стоящий возле дверей охранник.

– Не твое дело. Открывай.

Очутившись на улице, мы семеним за Тайлером, шагающим к припаркованному в углу двора внедорожнику. Щелкнув пультом от сигнализации, он садится на водительское кресло и захлопывает за собой дверь.

Расстерянно посмотрев на его затылок из-за бокового стекла, я сама берусь за ручку и забираюсь на длинный кожаный диван. То, что Тайлер не проявил хороших манер, не остается для меня незамеченным, но я убеждаю себя, что не все должны быть такими учтивыми, как Итан. Но у Дженни другое мнение на этот счет. Оставшись снаружи, она требовательно барабанит пальцами в окно с водительской стороны и, когда Тайлер его опускает, насмешливо интересуется:

– Эй, непобедимый воин, не хочешь открыть для леди дверь?

Тайлер резко оборачивается, и мы встречаемся глазами. В его взгляде я вижу… смущение? Вину?

Он быстро вылезает из-за руля и распахивает пассажирскую дверь для улыбающейся Дженни.

– Прости за это, – он заглядывает ко мне в салон. – Я не слишком силен в манерах.

– Но ты быстро учишься, – подсказывает сестра. – Правда, Рика?

Я бормочу «угу», наблюдая, как Тайлер возвращается на водительское кресло, и всю дорогу до квартиры Дженни продолжаю мучиться вопросом, где же все-таки рос этот парень.

10

В машине Тайлера пахнет им самим: легкий аромат мяты и дерева, перемежающийся с запахом автомобильной кожи. В салоне чисто – никаких пустых бумажных стаканов на ковриках и оберток от фастфуда, как это часто бывает у сестры.

С тех пор как мы высадили Дженни, в автомобиле царит тишина, но каждый раз, когда я украдкой смотрю в зеркало заднего вида, встречаюсь с изучающим взглядом темных глаз.

– Сколько тебе лет, Тайлер? – решаю разорвать затянувшееся молчание. Мой голос звучит резче, чем мне бы хотелось, оттого, что я нервничаю. До Форест-Хиллс ехать около получаса, а это слишком долго наедине с ним без возможности сбежать.

– Мне двадцать пять.

Тайлер на год меня младше.