Волчья тропа

Я швыряла их на берег, одного за другим, а Пенелопа быстренько вырезала им жабры, и они переставали дергаться.

– Черт! – завопила я, перекрикивая плеск и шум. – Такая рыбалка мне нравится!

– Не отвлекайся!

Мы добыли почти пятьдесят фунтов лосося. Пенелопа вырезала филе и завернула его в пластиковые пакеты, которые мы сложили в погреб под хижиной. Рыба в реке не убывала, мы сидели и просто смотрели на серебряный поток. В ту ночь мы развели костер на улице и запекли целого лосося. Из него брызнула ярко-оранжевая икра, и мы ели ее ложками.

– А мне здесь начинает нравиться, – заявила Пенелопа с полным ртом икры.

Сидя у костра и вдыхая запахи дерева и печеного лосося, я думала о том же. Мы смеялись и болтали, уже не помню о чем. Так и сидели, пока дрова в костре не превратились в угли. В ту ночь я отлично спала, зная, что подо мной погреб, забитый едой. Еще бы лося добыть, и на всю зиму хватит.

Утром Пенелопа заявила:

– Пошли сегодня со мной в Такет.

– С чего бы это?

– Марк и Джози постоянно о тебе спрашивают. Я уж и не знаю, что сказать.

– Скажи, что я умерла.

– Они тебя знают, поэтому не поверят.

– Что такого в этом Марке?

Она застенчиво пожала плечами.

– Он хороший. Добрый. Сейчас таких мужчин мало. А еще у него есть работа и деньги. В общем, он хорошая партия.

Ну, как по мне, этого недостаточно, чтобы влюбиться, но Пенелопе виднее.

– Пойдем со мной, пожалуйста, – попросила она. – Мы здесь уже несколько недель, а ты ни с кем не общаешься, кроме меня. Так неправильно.

– Похоже, мы по-разному понимаем, что такое правильно.

– Ты говорила, что тебе особое дерево нужно для ставней и крыши в коптильне, – сказала она вроде как с намеком. Конечно, с намеком. У Джози ведь была лесопилка.

Вот дерьмо!

– Хорошо, – согласилась я. – Только на ночь не останемся.

Пенелопа толкнула меня в плечо и звонким голосом воскликнула:

– Ничего такого!

К полудню мы добрались до Такета. Здесь было тише, чем в прошлый раз. Многие упаковали вещи и переехали на юг – подальше от зимы. Я их понимала. В Риджуэе зимы суровые, а местный народ называл нас южанами и говорил, что мы вкусно едим и сладко спим.

Мы сразу пошли к Томпсонам. Марк выскочил из дверей лесопилки, когда увидел, что мы переходим мост.

– Пенни! – завопил он, махая рукой, а вслед за ним выбежал малыш.

– Пенни? – спросила я тихонечко.

Пенелопа шикнула на меня и обняла Марка, а он поцеловал ее в щечку. Потом она так же поздоровалась с мальчиком.

Марк повернулся ко мне и сгреб в объятия. Мне совсем не понравилось. Он отъелся на стряпне Джетро, на костях мяско наросло. Через его плечо я взглянула на Пенелопу. Она еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

– Элка, очень рад тебя видеть! – воскликнул Марк. Мальчик держался за его спиной.