Волчья тропа

 – Мне стало легче от того, что женщина с такими руками присмотрит за мальчиком. – Пенелопа уже несколько недель мечтает провести ночь под крышей.

– У нас достаточно места, – ответила Джози. – Вы помогли Марку сюда добраться, а значит, как минимум заслужили спать в хозяйской спальне."

"Она подтолкнула брата локтем, и он поморщился, словно не одобрил шутку. Пенелопа улыбнулась Марку как тогда, в лесу, и ее глаза вспыхнули. Меня аж передернуло от мысли, что придется с ними целый вечер болтать.

Джози повела нас мимо амбара и древесных складов к дому, стоящему посреди поля. Я только по забору поняла, что это именно поле, а не обычная земля. Заборы я терпеть не могу. Они растут из земли, словно острые зубы, – зазеваешься чуток, и капкан захлопнется. Вроде как пасть, готовая тебя проглотить. Люди их ставят, чтобы показать всему миру: «Это мое!»

Дом был старый, видать, еще до Большой Глупости построен, и наполовину каменный. Я в таких здоровенных еще ни разу в жизни не была. Лестница вела на второй этаж, а по обе стороны от нее располагались спальни. Ковер на полу протерся до дыр, по стенам бежали трещины, картины в деревянных рамах висели криво. Пахло дымом и соусом барбекю, с другого конца длинного коридора доносился звон посуды. Еще люди. Больше выбора для Крегара.

Муж Джози, бледный, как молоко, стремительным шагом вышел из кухни, улыбаясь и вытирая руки о полотенце. Джетро. Джози и Джетро. Их имена звучали как музыка, и двигались они, словно в танце – обнимали друг друга, целовали нас в щеки, пожимали руки мне, Пенелопе и Марку, и все это сразу. Он был родником, а она водой в нем. Стремительный поток и водная гладь.

Было в них что-то такое, что согрело меня, и я растаяла. Я их еще прокляну за это, когда придет зима, и моя жизнь покатится к чертям, но пока я радовалась теплу, еде и компании. Мы вшестером сидели вокруг обшарпанного кухонного стола. Джетро шуровал в кастрюлях и накладывал полные тарелки ребрышек с картошкой и овощами. Я глотала еду, словно в последний раз в жизни, и когда смотрела на сидящего рядом мальчика, мне казалось, что так оно и есть. Малыш с горящими глазами запихивал в рот целые жмени картошки. Я не знала, что и когда должно случиться. Теперь-то знаю. Но тогда инстинкты и мозги тщетно пытались меня предостеречь.

Демон в моих кишках удобно устроился и отгородился забором. Если бы не Пенелопа, я бы давно сбежала из этого дома. Почти весь вечер я просидела тихо, не поднимая глаз. Скоро Джози перестала донимать меня вопросами, а малыш уснул, прислонившись к моему плечу. Все смеялись. Я молчала.

Марк и Пенелопа засыпали друг друга вопросами: «А почему у тебя нога забинтована?», «А откуда ты идешь?», «Вайт-Топ? Красивый город». Они повернулись друг к другу и больше ни на кого за столом не обращали внимания.