Волчья песнь

Я не мог кончить от этого, да и не хотел. Потому что уже давно вырос из пацана, спускающего себе в джинсы.

Я уткнулся в шею Джо, скользнув кончиком носа по коже, и только погодя осознал, что Джо не замер и не отстранился. Он обнажил свое горло передо мной, как будто это ничего не значит, словно он не был Альфой, который не привык к подобному. Я знал, что горло — уязвимое место для волка. Это показывало ранг, особенно для Альфы. Беты всегда обнажали свои глотки перед Альфой в знак уважения. Даже люди в моей стае делали это всякий раз, когда видели меня — бессознательное действие, в котором они скорее всего не отдавали себе отчета."

"Но его голова была откинута назад, как будто ему никогда не угрожали, словно ему никогда раньше не причиняли боли, и я знал, что это значит. Я вцепился зубами в кожу и укусил, не настолько, чтобы пустить кровь, но достаточно, чтобы он почувствовал это. Судя по звукам, которые издавал Джо, его волк скребся под кожей, желая вырваться на волю, и я чувствовал себя больше животным, чем человеком, в голове на бесконечном повторе крутилось только «мой» и «пара», и «заявить права».

Этого было недостаточно.

Я оттолкнул его. Даже не сопротивляясь, Джо рухнул на спину, подпрыгнув на матрасе, его член был бесстыдно обнажен, а джинсы низко спущены на бедрах. Я дернул их еще ниже, пальцы черкнули по сильным бедрам. Движения Джо были резкими, когда он начал помогать мне, весь дрожа от возбуждения. Он силился избавиться от джинсов, рыча от разочарования, когда те зацепились за щиколотки. Пытаясь успокоить его, я прижал ладонь к ноге. Джо поднял голову с кровати и посмотрел на меня. Его глаза снова стали голубыми, обычными, но сам он раскраснелся, а на лбу блестела испарина.

Я дотянулся туда, где его джинсы сбились вокруг ступней, и стянул их. Джо Беннет, полностью обнаженный, на моей старой кровати, ждал, пока я вновь шевельнусь. Его слегка изогнутый член прижимался к животу. Яйца лежали на бедре, смещаясь каждый раз, когда он двигал ногой. Хотелось провести по его бедрам, покрытым порослью волос, руками и языком. Прикоснуться. Попробовать на вкус.

Дороже его у меня в жизни ничего не было.

И, по крайней мере, в данный момент он у меня действительно был. Что бы ни случилось потом, этого у меня никто не отнимет.

— В чем дело? — спросил Джо, явно занервничав.

— Ничего, — ответил я хрипло. — Я просто… Ты здесь.

— Да, — сказал он. — Да, Окс. Я здесь.

Подняв ногу, Джо ткнул носком мне в грудь. Я схватил его за лодыжку, удерживая на месте. Наклонившись, поцеловал косточку, и он вздохнул, слегка заерзав, когда мое дыхание коснулось кожи. Двигаясь дальше, я поцеловал его икру, одновременно расстегивая свои джинсы. Давление немного ослабло, и этого было достаточно, чтобы добиться того, чего я хотел.