Волчий час (СИ)

Без них бы в горы пришлось переносить репликационный комплекс. А на это, понятное дело, никто не пойдёт.

Хорошо, что дроны не могли из-за длины шипов пробиться в промежутки между капсулами. Иначе мы бы их точно во множестве потеряли. А пробития крыш и мелкие повреждения внутри ещё можно было пережить.

Да, часть капсул пострадала, но это ничего. Со временем восстановятся. А если их владельцы не зажмотят вложить баллы — будут, как новенькие, уже к следующей ночи.

Часть дронов попыталась, стянувшись в небольшие стайки, сосредоточиться на какой-то одной цели. Но защитники особенно активно стреляли именно в эти скопления. Так было легче хоть в кого-то попасть.

Дроны закончились… А вот защитники лагеря — пока нет.

Последними до внешней линии обороны добрались дроиды. Они были медленней, зато могли стрелять. На наши позиции тут же обрушился шквал плазменных шариков, но большинство из них… Просто растворялось между шипов.

Электромагнитное излучение, которое шло от систем защиты капсул, не пропускало плазму. Да, температурный урон всё-таки был, но он даже не прожигал стенки жилищ, в отличие от взрывов.

«Похоже, придётся им менять оружие… — злорадно подумал я, морщась от боли на каждом шаге. — Надеюсь, с этим у них будут проблемы!».

Я пробирался на первую линию обороны из самого центра лагеря, где собралось командование. Хотел с самого начала боя сидеть на первой линии, но меня отговорили. Мол, командование должно оставаться в строю до конца сражения.

По пути я орал инструкции, как разбираться с дроидами. Их было немного, поэтому атаковали они только с одной стороны. А оставшихся защитников лагеря как раз хватало, чтобы расстреливать их по схеме, которую мы придумали при защите фактории.

Несколько выстрелов по одной стороне тела-яйца, и врагу придётся развернуться незащищённой спиной к твоему напарнику. А тот уже завершит начатое дело.

Сразу же зазвучали крики стрелков, договаривающихся о целях.

Сначала дело не шло, но когда дроиды подобрались ближе — и их начали выбивать. Правда, и шарики плазмы стали иногда прорываться через наше электромагнитное поле.

Однако это дроидам уже не помогло… Спустя минут двадцать, а может, и полчаса, почти рядом с капсулами подбили последнего «охотника». И стрельба смолкла…

Потрескивали горящие и плавящиеся шипы капсул. Стонали те раненые, которые уже не могли ходить. Мигали повреждённые прожектора.

А те, кто выжил этой ночью, стояли и оглядывались вокруг. С глупыми улыбками на лицах.

И я тоже оглядывался: очень хотел найти других командиров. Но, похоже, выжил только я… И теперь мне в одиночку предстояло наладить защиту лагеря и помощь раненым. Во всяком случае, пока не возродятся Дунай, Сочинец или Тихон.