Волчара

Что тут непонятного? У меня граната с вырванной чекой в штанах!

Но дело даже не в этом…

Дело в том, что я окончательно потерял голову.

* * *Мы в самолете. Нам приносят шампанское, предлагают салаты и закуски на выбор. Зайка выглядит растерянной. Теребит в руках бокал шампанского. Смотрит на меня. Отказывается от салата и выбирает какой-то десерт.

— Хочешь сладкого? Я тоже.

О, как я хочу мою сладенькую девочку… Она в юбочке, в кедах и носочках. Мой любимый прикид.

Мало того, что она похожа на школьницу. Я еще и могу засунуть лапу ей под юбку и…

— Вар! Ты что творишь?

— Пока ничего.

Просто положил руку на бедро. Просто глажу. И чувствую, как Зайка заводится. Уверен — у нее в трусиках сейчас влажно.

Хочу проверить.

Она сжимает колени.

Я накидываю сверху плед, поворачиваюсь к ней, кладу на подлокотник журнал — типа что-то там ей показываю…

— Вар…

Зайка от неожиданности теряет хватку и расслабляется. И моя лапа проскальзывает между ее бедер.

— Мокрая… Хочешь…

— Нет!"

"— Зайка… со мной можно не притворяться. Я знаю, какая ты страстная. И какая развратная штучка.

— Я не… — выдыхает она.

В то время, как мои пальцы исследуют сладкие лепесточки и нежные складочки.

— Хочешь?

— Нет… Да!

Очень хочет. Вся течет. Сама насаживается на мои пальцы, забыв о том, что мы на борту самолета и нас могут застукать.

Глаза пьяные. Губы раздвинуты, дыхание прерывистое и быстрое.

— Вар…

— Быстрее?

— Да!

— Глубже?

— Да…

— А вот так тебе нравится?

— А-а-ах!

Я завершаю серию аккордов нежным, но интенсивным соло на пульсирующей горошине.

Зайка откидывает голову назад, содрогается, падает мне на плечо… И утыкается в шею теплыми губами.

— Я так хочу тебя! — срывается с моих губ.

— Но мы же не можем здесь…

Можем!

Но… тащить мою нежную девочку в туалет вроде как не комильфо. Зайка достойна лучшего.

Надо дотерпеть до гостиницы. Если я смогу…

— Целая неделя без тебя… — шепчу я. — Я не выдержу.

— То есть неделя без секса для тебя проблема? — спрашивает Зайка.

— Еще какая.

Она вдруг надувается и отворачивется к окну.

— Неделя без тебя — больше, чем вечность. Поэтому я сократил ее. Хотя бы на несколько часов…

— И с кем ты будешь трахаться, пока меня не будет? — выпаливает Зайка.

Ах, вот в чем причина ее надутых губ!

Моя ты ревнивая ушастая прелесть! Обожаю тебе. Твои пухлые губки и злые, метающие молнии глазки…

— С той брюнеткой? — продолжает Зайка.

— Нет.

— А с кем?

— Ни с кем.

Зайка по-прежнему дуется.

— Мне так нравится, что ты ревнуешь…

Я провожу пальцем по надутым губам. Наклоняюсь, чтобы поцеловать их. Но Зайка не дается.

Пыхтит, шипит. Сердится…

— Слушай, ну да, я не девственник. У меня были женщины до тебя…

— Мне без разницы, кто у тебя был до меня. И мне все равно, кто у тебя будет после.