Воющие псы одиночества

Но она перестала уходить по ночам. И это было первым шагом. А в конце концов, любая дорога начинается с первого шага.

***

Александр Каменский с женой Дашей и сыном Санечкой улетал в Германию в среду, 28 апреля. Накануне Настя встретилась с ним, передала список вопросов, адрес и телефон Веры Лозинцевой и объяснила суть проблемы, чтобы брат понимал, что будет делать и зачем это нужно.

- Поехала бы с нами и сделала бы все сама, - в двадцатый, наверное, раз укоризненно говорил Саша.

- Саня, не заводись, - тоже в двадцатый раз отвечала она. - Ни одна диссертация не стоит того, чтобы ради сбора трех страниц материала тратить такие деньги.

- Когда ты станешь старенькой и немощной и уже не сможешь никуда ездить, ты еще пожалеешь о том, что не воспользовалась возможностью, когда она была, - пугал он.

- Пожалею, - послушно соглашалась Настя.

- Неужели ты никогда не поумнеешь? - спрашивал Саша."

"- Никогда, - признавалась она, - это безнадежно. Такие разговоры Каменский вел с сестрой ежедневно на протяжении недели до отъезда. На всякий случай он не отменял броню на еще один билет до Франкфурта и на еще один номер в гостинице, а его знакомый, имевший крепкие связи в посольстве Германии, обещал, если будет нужно, устроить Насте визу за один день. Саша надеялся до последнего и старался ее уговорить. Но Настя не поддавалась и упорно стояла на своем, как будто защищала самое дорогое, что у нее было. В среду Каменские улетели в Германию, а в пятницу Саша позвонил Насте:

- Настюша, я нашел Лозинцеву и сегодня вечером с ней встречаюсь. Будут какие-нибудь последние указания?

- Да нет, я вроде все тебе сказала. Только будь поделикатней, ладно? Все-таки она дочь потеряла, и как говорят близкие, для нее это было страшным ударом. Будь готов к тому, что она начнет плакать, может быть, даже истерика у нее начнется. На всякий случай возьми с собой Дашеньку, она сможет ее успокоить, а ты растеряешься. И не дави на Лозинцеву, прояви тактичность.

- Постараюсь, - пообещал Саша. - А здесь погода такая хорошая, солнышко, тепло. И крокусы кругом. Красота невозможная.

- Прекрати, - рассердилась Настя. - Я уже все равно не поехала, так что нечего меня дразнить.

В следующий раз Саша позвонил, когда Настя уже крепко спала.

Проснувшись от звонка телефона, она взглянула на часы и вздрогнула: четверть второго. Ох, как не любила она ночные звонки! Никогда они не приносили ничего хорошего.

- Настюша, это я, - послышался голос Александра, и Настя уловила в нем не то тревогу, не то растерянность. - Разбудил? Извини, здесь на два часа меньше. А у меня вопрос срочный. Только ты не пугайся.

- Да я уже испугалась! Что случилось?

- Пока ничего. Настюша… Только дай слово, что ты спокойно ответишь и не начнешь раньше времени паниковать, потому что я могу и ошибиться.