Воющие псы одиночества

- Он… то есть мой парень, уже завтра будет в институте, он уже поправляется. Честное слово, Максим, завтра я буду не одна.

Значит, он знает не только про сегодня, но и про вчера, и про позавчера. А про прошлую неделю он тоже знает? Ой, как нехорошо выходит!

Максим наверняка скажет дяде Юре Короткову, и тот устроит ей выволочку, а еще и папе сообщит. И тогда… А что, собственно, тогда? Папа запретит ей ходить в институт? Ну и ладно, она с удовольствием посидит дома. Вот прямо сейчас пойдет в книжный магазин, он здесь рядом, недалеко от метро, купит книжек побольше и может сидеть дома сколько угодно. Теперь ей не нужно во что бы то ни стало каждое утро ехать в метро. И подходить к цветочному киоску тоже не нужно. Так что все и к лучшему. Однако есть одна загвоздка: папино доверие. До тех пор, пока он уверен, что знает о дочери все, он ей доверяет. А если всплывет эта история с обманом и дядей Юрой?

- Лиля, может, хватит, а? Нет у тебя в институте никакого парня, и никто тебя домой не провожает.

- Почему ты решил, что нет? - огрызнулась она. - Очень даже есть.

- Нет. Я проверял. И всю прошлую неделю смотрел, с кем ты домой идешь. Ты хоть понимаешь, что ты глупо рискуешь? Юрий Викторович тебе все объяснил, а ты как маленькая, честное слово! Взрослая умная красивая девушка, а ведешь себя хуже ребенка. Ну на фига тебе так рисковать? Ради чего? Ради чего ты Короткову наврала?"

"И в самом деле, ради чего? Ради Кирилла, который очень быстро стал ей в тягость, потому что с ним, как оказалось, не о чем разговаривать, у них нет общих интересов, общих знакомых, общих дел. И он даже не интересуется ею как девушкой, не ухаживает, не пытается поцеловать. Он до такой степени ей в тягость, что она даже номер телефона сменила, чтобы он не смог до нее дозвониться. Вот ведь идиотизм! Ежедневно рисковать жизнью ради человека, который ей совершенно не нужен.

- Значит, ты все эти дни за мной следишь?

- Я не слежу за тобой, а наблюдаю, чтобы быть уверенным, что ты в безопасности. По городу маньяк разгуливает, вполне возможно, он - тот самый тип, от которого ты сбежала, и он может тебя искать. Ты что, в самом деле не понимаешь или придуриваешься?

- Придуриваюсь, - Лиля обезоруживающе улыбнулась. - Значит, раньше твой папа командовал моим папой, а теперь ты решил принять эстафету и покомандовать мной?

- Я не командую, - белокожее лицо Максима стало ярко-розовым, - извини, если обидел. Но я за тебя отвечаю.

- Это с каких же пор?

- Неважно.

- И все-таки?

- С тех самых, когда понял, что ты ходишь из института домой одна.

- А давно ты это понял?

- Еще на прошлой неделе, когда мы с Юрием Викторовичем встречались с тобой на «Щелковской». Только не спрашивай меня, как я это понял. Но на следующий день я проверил и убедился, что прав.