Пиратские войны

Строганов вздохнул, он предвидел такой вариант развития событий. На этот случай у него был предусмотрен «ход конем». Полковник подошел к лодке и с помощью Гийома с большим трудом вытащил завернутое в тряпку тяжелое зеркало в массивной позолоченной раме. Они поставили его на песок, и Серж театральным жестом откинул тряпицу, словно на открытии памятника.

По острову тут же пронесся общий вздох восхищения, который вырвался из уст всех присутствующих аборигенов. Вождь подошел к зеркалу и посмотрел на свое отражение. Он запрыгал на месте, радуясь, словно ребенок, искренне восхищенный этим чудесным подарком.

— Ах! О-о-о! — вымолвил царек и, грубо взяв девушку за шею, с силой толкнул ее к гостю.

Помня, что в команде теперь есть новый туземный матрос, Сергей, во избежание будущих проблем, решил приобрести пару и ему.

Он указал пальцем на пухлую голую аборигенку и протянул правителю медный поднос и два стеклянных бокала. Немного поспорив и выторговав еще несколько ложек, вождь согласился отдать гостю и эту девицу.

Купленные туземки без слез и причитаний послушно, не говоря ни слова, залезли в тримаран, даже не пытаясь взять какие-нибудь личные вещи. А какие могли у них быть вещи? Туфельки? Тапочки? Сумочки? Косметички? Не было у них ничего своего.

«Ладно! Сами приоденем и обуем на корабле! — подумал Серж. — Ура! Задачи выполнены, все цели достигнуты, теперь главное — без драки вернуться назад». Пока полинезийцы были заняты дележом только что полученного добра, им было некогда обращать внимание на гостей, и путешественники, воспользовавшись возникшей суматохой, быстро отчалили. Они гребли изо всех сил, но как только оказались за пределами досягаемости копья или стрелы, скорость сбросили и поплыли спокойно.

Наслаждаясь победой над старым вождем, Гийом и Строганов переговаривались между собой, шутили и смеялись. Сергей был безгранично счастлив, он пожирал глазами южную красавицу, подмигивал ей, произносил ласковые слова, а та в ответ лишь испуганно улыбалась, смущенная его вниманием. Вторая девица была безмолвна и, казалось, безразлична к своей участи. Ну да и бог с ней, не понимает своего счастья, еще будет благодарить за то, что вывезли с затерянного острова и замуж выдали. Конечно, ее можно понять. Кому понравится, что тебя меняют, словно вещь, на ложку и стакан.

Экипаж радостно встретил переговорщиков, вернувшихся с «богатой добычей». Протрезвевший и оклемавшийся от ран, полученных в недавнем бою, казак Кузьма стыдливо прятал глаза, улыбался и изо всех сил старался помочь при швартовке и разгрузке тримарана, а ротмистр Степанов, приобретя еще трех новых членов экипажа, радовался как дитя.