Бог Войны

Звук блендера эхом отдается в воздухе, прежде чем она останавливает его и наливает смузи в мой стакан, не торопясь, словно не слыша меня.

Наконец она ставит его передо мной и вытирает руки салфеткой.

— Что навело вас на эту мысль?

— Возможно, мои воспоминания.

Если только… они не были моим воображением. От одной мысли об этом меня бросает в дрожь, и я делаю огромный глоток смузи, чтобы не задохнуться.

Неужели мои галлюцинации стали более реальными? Клянусь, я чувствовала его руки на себе, его губы на моем лбу, его нежную заботу.

— Пожалуйста, скажи мне, что это настоящие воспоминания, — говорю я тоненьким, паническим голосом. — Пожалуйста, Сэм.

— Да, — просто говорит она. — Он нес вас и отказался от моей помощи, чтобы донести вас до кровати.

— О, слава Богу, — я тяжело дышу, пока мое дыхание не приходит в норму, а затем прищуриваюсь. — В таком случае, почему ты солгала?

— Я подумала, что это упростит ситуацию.

— А вот и нет. Я хочу знать правду, даже если она причиняет боль, — в данном случае это не так.

Она улыбается мне, а затем отворачивается, чтобы помыть блендер, пока я погружаюсь в мысли о том, что все, что произошло прошлой ночью, было реальностью.

Не знаю, что мне понравилось больше. Секс или все, что за ним последовало.

— Илай ушел рано? — спрашиваю я.

— Да.

Как всегда, Сэм не вдается в подробности и никогда не вдастся, даже если приставить к ее голове пистолет.

— Можешь рассказать подробнее?

— Например?

— Почему он рано ушел?

— Вам придется спросить у Хендерсона. Я занимаюсь хозяйством, а не его расписанием.

— Раз уж речь зашла о хозяйстве, почему я не вижу половину персонала? В частности, мужчин?

— Их уволили. Вместо них будут работать женщины.

Я застыла на месте.

— Только не говори мне, что это сделал Илай?

— У кого еще здесь есть такие полномочия?

Чертов тиран. Он действительно сдержал свое слово насчет мужского персонала.

— Кстати, — Сэм порылась в фартуке и достала маленькую коробочку. — Он оставил это для вас.

Я сжимаю ее с вопросительным взглядом, пока не вижу этикетку.

Противозачаточные таблетки.

Тикающая бомба достигает точки невозврата, и взрыв сотрясает меня до костей.

Вот и все.

Я обрушу ад на этого ублюдка.

В тот же полдень я переодеваюсь в самую откровенную черную мини-юбку, которая едва прикрывает мою задницу, и надеваю к ней розовый топ с глубоким V-образным вырезом, щедро демонстрирующий часть моей груди. А для пущей убедительности, я дополняю образ розовыми сапогами до колена.

Затем я отправляюсь в «King Enterprises», вооружившись мелочностью, яростью и наименее любимым театральным драматизмом моего мужа.

Я вхожу в большой приемный зал компании, улыбаясь и махая всем, кто на меня смотрит. Оказавшись в приемной, я требую впустить меня на правах члена семьи.