Война за мобильность: Наследие исполинов

Хемерсбрандт провел оперативное совещание с лидерами дружественных флотов и собственным штабом. Перегруппировали силы таким образом, чтобы офелийская «Магрибба» и оба мегадестроера образовали могучий кулак в самом центре союзной армады. В результате локальное численное превосходство шат-тсуров временно — до следующего их перестроения — перестало играть какую бы то ни было решающую роль… Умелой рокировкой Хемерсбрандт связал противника минимум на полсуток и с чистым сердцем отправился отдыхать, ибо чувствовал: еще немного — и свалится с ног.

Когда он проснулся в месте на Табаске, где высаживался Хмелевой-Фокин с горсткой разведчиков, наступило утро. А армада шат-тсуров продолжала оборонять подходы к Табаске. Лидеры их и не подумали перестроить корабли для атаки.

Хемерсбрандт вполне отдавал себе отчет: если поступит приказ атаковать армаду шат-тсуров, то первым делом скелетики дадут залп по планете. И Табаски не станет. Не станет и прячущихся на ней искателей. А значит, их тайна умрет вместе с ними.

Раз Солнечная послала Хмелевого-Фокина, значит, какой-то позитивный выход из сложившейся ситуации существует. Но как дюжина пехотинцев и пятерка искателей прорвутся сквозь сплошной заслон скелетиков у Табаски?

Хемерсбрандт не видел ответа.

Стратегическая база Шатта-Унве

Система Тсурры, империя Унве шат-тсур (формально — Система Тсурры, метрополия одноименной доминанты)Таким задумчивым и тихим адъютант не видел Унве никогда. Не первый год тень будущего императора ни на шаг не отходил от повелителя. И думал, будто знает об Унве все.

Адъютант ошибался.

Впрочем, он догадывался, что под маской задумчивости и спокойствия великий прячет нечто совсем иное. И тут был совершенно прав. Адъютант прослужил Унве достаточно долго, дабы распознать маску. Но еще недостаточно, чтоб определить скрывающееся под нею."

"Унве впервые за долгие годы пребывал одновременно в ярости и растерянности. Ярость он умело сдерживал, ибо ярость — удел дикарей. Не поддаваться ей Унве давно научился, а вот не подпускать к себе… Увы. Кто-кто, а уж первый шат-тсур прекрасно отдавал себе отчет: в любом разумном всегда остается больше от животного. Отсюда и ярость.

А вот растерянность его была остра и неподдельна. Сколько раз он затевал грандиозные дела и операции! Сколько раз планы приходилось менять прямо по ходу, молниеносно и виртуозно! Сколько было одержано побед!

Это дело вначале представлялось простеньким. Перетряхнуть планетку, отловить искателей хомо, выжать из них необходимую информацию… И вперед, в поход за наследием исполинов, ибо техника исчезнувших рас достойна лишь достойных! Невзирая на тавтологию, это утверждение казалось Унве глубоко правильным и единственно верным.