Война на Дунае

 – Ну так бы сразу и сказал! Адъютант, пару факелов сюда! Быстро! Чего ты, и сам, что ли, не видишь, как тут темно?!

Чертыхаясь, он спорол сургуч и, шевеля губами, зачитал приказ: «Вывести из распоряжения… не препятствовать… выделить суда… обеспечить ранний выход…»

– Опять ваши квартирмейстерские игры с этим бароном? – сжав зубы, пробормотал он с нескрываемой злостью. – Чего задумали, Егоров?! Молчишь?! Всё секретничаете? А как мне без поддержки огня твоих егерей обычную пехоту на тот берег высаживать, а? Не жалко солдатиков? Вы-то там каждую кочку, как я знаю, уже обползали!

– Ваше превосходительство, с вами восемь сотен моих людей будет под командой подполковника Милорадовича, – кивнул на стоящего рядом заместителя Алексей. – А со мной только лишь четыре. Так что без стрелков мы вас совсем не оставим.

– Ладно, делайте как знаете! – в раздражении отмахнулся Голицын. – Много воли вам дали. Как же, отдельный полк при главном квартирмейстерстве армии! Кровь-то простым мушкетёрам проливать, а вы где-то там шарахаться будете, выполняя чьи-то дурацкие задумки!

– На посадку! – скомандовал вестовым и стоящим с большими ранцами пионерам Егоров. – Курт, размещай своих людей на флагманском галиоте, если, конечно, всем места хватит. Не хватит – значит, тут останетесь, их превосходительству будете помогать.

– В теснота да не в обида! – хохотнул подпоручик и побежал к судну с красным фонарём.

Глава 10. В поиски к крепости Исакчи

– Лишь бы нам сейчас на турецкое патрульное судно не наткнуться, – процедил сквозь зубы Кунгурцев. – Так-то хорошо мы их в начале марта погоняли, только мой отряд дюжину потопил и ещё два в качестве приза взял. У де Рибаса под Галацом и Браиловым и того больше нашего улов.

– Ну вот, глядишь, и побоятся выплывать из своих затонов, – проговорил негромко Егоров. – Ты нас, Миша, тихонько, на «мягких лапах» туда вези. Нельзя нам сейчас, друг, тут шуметь. Насколько мы весь основной десант сейчас опережаем?

– Ну-у, если учесть тот бардак, который неизбежен при погрузке такого большого количества войск, то часов на пять это точно, – предположил Кунгурцев. – Да ещё и я попросил ребят не спешить с отходом. Так что основная высадка уже на рассвете будет. А чего, самое хорошее время для этого. Турки свой последний сладкий сон видят, гостей к себе не ждут, а тут такая орава с диким рёвом на их ретраншементы из предрассветного сумрака лезет. Жуть!

– Тебе бы, Мишель, романы, пьесы или же картины писать, – подшутил над капитаном Лёшка, – цены бы твоим трудам не было. Такую яркую картину сейчас описал. Подумай, может, всё же сменить штурвал на палитру, а парусину на холст?"

"– Не-а, – покачал головой Кунгурцев, – скучно. Я, Лёшка, простор люблю.