Война за мобильность: Наследие исполинов

Тучки на горизонте, как ему показалось, несколько сгустились, но он не придал этому особого значения.

Примерно в течение получаса космодромщики беззаботно попивали пивко, вистовали и пасовали и снова попивали пивко. Потом вышли на крыльцо развеяться. Тамура по привычке уже зыркнул на небо и обомлел.

— Kusoo, shimatta! — выдохнул он.

Приятели и коллеги — Жорж Сориал и. Дэвис МакГрегори — как по команде поглядели туда же. Сориал от неожиданности выронил банку с пивом.

Процентов десять неба заволокло мощнейшим атмосферным фронтом. Клубящиеся тучи с краев были посветлее, но внутри крыли нечто темное и громадное. Там, в черноте и лиловости, полагалось сверкать молниям, однако ни единой вспышки не рождалось под серыми и белесыми граничными завихрениями. И громыхать такой фронт просто обязан, но он надвигался совершенно бесшумно. Как призрак.

Он приближался, стремительно и неотвратимо — это уже можно было заметить невооруженным глазом.

— Верка-а-а!! — заорал Тамура, сигая через перила. Сориал и Мак Грегори, позабыв о пиве, метнулись к флаеру. В диспетчерской они, уходя со смены, даже окна не затворили — легко представить, что могла натворить налетевшая буря.

— Верка-а-а!! — Тамура взлетел по ступеням, ворвался в коттедж, пересек прихожую и забарабанил в дверь ванной. — Выходи, сейчас такое начнется!

— Чего орешь, идиот косоглазый! — прошипела Верка, выныривая из ионизаторной и на ходу запахивая халат.

Тамура молча ткнул пальцем в сторону входной двери. Его даже не особо интересовал в данную минуту небезынтересный вид под небрежно запахнутым халатом диспетчерши.

Верка скептически покачала головой и вышла на крыльцо.

— Мамочки, — обмерла она уже на пороге. А потом развернулась и, не обращая внимания на незастегнутый халат, помчалась к терминалу. Полы вызывающе развевались, но Верке было не до этого. И Тамуре было не до этого — голых баб он никогда не видел, что ли? Он неотрывно смотрел на небо.

Зря Верка добрые десять минут вызывала Скотча — группа не отвечала. Не отвечали и спасатели, да и вообще эфир молчал как проклятый, ни звука, ни изображения, только фоновое шипение и непонятное потрескивание, которое почему-то не подавлялось несущей частотой. Невнятно чертыхаясь и шипя, будто рассерженная виверна, диспетчерша бросила бесплодные попытки связаться и метнулась в спальню, одеваться.

Тамура тем временем присоединился к товарищам во флаере. До космодромных построек было от силы пару минут лету — местных, разумеется, минут.

Вел Сориал, МакГрегори исподлобья зыркал на исполинский фронт за лобовым пластиком.

— А ведь это не буря, — сказал МакГрегори неожиданно спокойно, когда они уже подлетали. — Смотрите, по краям просветы. Такое впечатление, что на космодром прет нечто… большое.