Война за мобильность: Наследие исполинов

Дольше всего возился с компенсаторами: все были нестандартной системы и вдобавок с маркировкой на незнакомом Сане языке, кажется, на новодатче, а пиктограммы вообще отсутствовали, поэтому Сане даже пришлось немного полетать — хорошо, что гирлянда из рюкзаков быстро уравновесила антиполе, а Саня, зависнув на высоте метров шести, пару минут лихорадочно манипулировав управлением компенсатора. Потом разобрался и благополучно спустился.

В итоге он сумел уравновесить все рюкзаки, зачем-то затворил дверь во взломанный склад, привязал все той же «восьмеркой» свободный конец шнура к поясному карабину и двинулся туда, где деревья росли не особенно густо. Поклажа, донельзя похожая на вереницу воздушных шариков, послушно тянулась за ним.

За час он дважды выходил к полянам; вторая оказалась особенно обширной. Потом набрел на дивной красоты лесное озерцо, вспугнув целое сонмище не то уток, не то куликов. Однажды нос к носу столкнулся с выводком чистейшей воды свинтусов под предводительством мамаши габаритов породистой селентинской рекордсменки, только щетинистой и клыкастой. Утробно хрюкая, свинтусы свернул в сторону и растворились в подлеске, причем не особо при этом торопились. Людей местное зверье не боялось, а значит — не знало.

До вечера Саня отмахал километров двадцать пять. Довольно быстро он научился выбирать траекторию движения таким образом, чтобы длинный хвост не застревал в кустах, не слишком задевал за стволы и вообще чтоб не мешал идти. Как назло, ничего даже отдаленно похожего на сносное убежище ему не попадалось. Лес и лес…

А незадолго до сумерек он вышел к оврагу.

Сначала никаких надежд не возникло — подумаешь, овраг! Продолговатая трещина в теле Табаски, сбегающая к все той же, наверное, все-таки не безымянной реке. Или другой реке. Не важно, с именем или без оного.

Впрочем, реки, расположенные недалеко от турбазы, наверняка давно поименованы служащими «Экзотик-тура»."

"Разумные существа обожают давать названия рекам, горам, озерам и островам. Если натыкались прежде на этот овраг — то и овраг сто процентов как-нибудь нарекли. Осталось лишь убедиться, натыкались или не натыкались. И Саня, пришвартовав гирлянду рюкзаков к деревцу на самом краю, прыгнул на крутой склон. Не устоял на ногах, съехал юзом, потом пару раз перекувырнулся и с размаху влетел в заросли зловредно-колючего кустарника вроде земной ежевики или селентинского примаста. Оцарапал руку и щеку, ругнулся сквозь зубы; потом спохватился, но связь с рейдером не была активирована. И то хлеб, не хватало еще, чтобы бригадир со штурманом его матюки из эфира вылавливали.

В процессе войны с негостеприимными кустами Саня спустился почти на самое дно оврага.