Японская война 1904. Книга четвертая

Надо было вместе с артиллеристами напомнить еще не приставшим к берегу кораблям, чтобы они не дергались. Вместе с казаками и разведкой рассортировать новых пленников. Вместе с нестроевыми начать выгрузку и сортировку прибывших из Японии ящиков. Вместе с 1-м конно-пехотным и саперами продолжить операцию прикрытия.

А то тут ведь в чем проблема. Если утонувшие миноносцы мы встроили в легенду, мачты «Асамы» обломали без особых проблем, то вот торчащие в метре от поверхности воды трубы крейсера уже не оставляли сомнений, что тут что-то пошло не так. Надо было их как-то прикрыть, и именно Александр Александрович предложил выпустить над проблемными местами якобы рыбацкие лодки. Подобные стаи рядом с берегами Китая никого не удивляли — сети, люди, шум и гам — глаз просто старался побыстрее проскользнуть мимо.

Вот и наши гости ничего не заметили. А завтра, когда придут новые транспорты, еще и погода должна испортиться. Вообще ничего видно не будет. Но ведь на этом, хочется верить, еще ничего не закончится. Будут новые дни, некоторые даже солнечные. В общем, мачты и трубы «Асамы» нужно было дальше разбирать и прятать… Что мы и делали, и стук сбивающих заклепки молотков летел над волнами.

Вечером, как обычно, было собрание штаба и подведение итогов дня.

— Разобрали 90 процентов грузов с последнего каравана, — докладывал Мелехов, — там еда и снаряды. Правда, не знаю, будет ли кто-то из наших есть этот японский рис, даже если прижмет.

— Закидывайте в Китай через И-Чжоу, — сразу предложил я. — У них с едой всегда проблемы, а так пойдет на оплату железной руды и металлолома, который мы от них возим.

— Можно нестроевые части на рис перевести, — предложил задумчивый Лосьев. — У нас там все равно по большей части местные, им эта еда привычна…

— Но выделять чужих в своей армии мы не будем, — остановил я штабиста. — Тем более свежий хлеб очень помогает от желудочных болезней, так что на здоровье не экономим.

— Тогда, — согласился Лосьев, — рис в Китай, но немного оставим себе про запас. А то если наши в случае чего сухари поедят, то у местных от них заворот кишок. Если я правильно помню последнюю записку доктора Слащева.

— Все верно, запас оставляем, — кивнул я и повернулся снова к Мелехову. — А что по артиллерии и снарядам получается?"

"— По осадной артиллерии: у нас две батареи по 4 пушки, на каждую по 450 выстрелов. По новым скорострельным 76-миллиметровым пушкам — тут самая проблема. Армия их нам ни разу не выделяла, только то, что взяли в бою. Три неполные батареи, немного до дивизиона не дотянули, зато снарядов почти по тысяче штук. Горных пушек, наших и японских, два полных дивизиона и те конные батареи, что приданы кавалерии. Японских снарядов с шимозой почти по полторы тысячи штук, наших с пироксилином — по 800.