Японская война. 1904

А тут, гляди-ка, он, кажется, даже по-русски понимает. И обижается… У меня появилась идея.

Стоило во всем разобраться, как напряженность пропала, а Засулич так и вовсе обнял меня и назвал сынком. И это он еще всю нашу добычу не видел… Я сразу же пригласил генерала и остальных за собой, начав с денег. И двести тысяч, сложенные плотными пачками, произвели впечатление – цену иены тут все прекрасно знали. Потом я показал пушки, рассказал, как японцы планируют их использовать в бою, а после отдельно прошелся по запасу патронов, что мы нашли у самих солдат и в обозе.

– Смотрите, – я поднял одну сумку. – Тут 180 выстрелов, которые солдат таскает с собой всегда. Уже больше, чем у нас даже с увеличенной нормой. Но это еще не все, в обозе на каждого лежит еще по такому же запасу, который выдадут перед боем. То есть у каждого японского солдата будет при себе почти в два с половиной раза больше выстрелов, чем у нашего.

Это на самом деле была одна из серьезных проблем той войны, которые мне удалось вспомнить. У японцев было больше пуль, они больше и охотнее стреляли, а наши постоянно экономили, и это не могло не сказаться на потерях и моральном духе.

– Надо будет подумать над этим, – Засулич не хотел спешить с выводами. – Все-таки патроны немало весят, и лишние семь с половиной фунтов, которые придется постоянно носить с собой, могут принести больше вреда, чем пользы.

– Но еды-то у каждого на эти семь фунтов всегда есть, – я напомнил про запас сухарей, хлеба и тушенки, что полагался каждому солдату. С одной стороны, конечно, хорошо: армия следит, чтобы все были полны сил. С другой стороны, ну не за счет же боеприпасов!

– Нагрузка солдата определена уставом, – напомнил генерал. И вот что с ним делать?

– Тогда прошу разрешения увеличить у себя в полку количество носильщиков, – я решил не спорить, а пойти японским путем.

– Я ведь уже говорил… – начал было Засулич, но потом обвел взглядом пригнанный мной полон, добычу. И махнул рукой. – Ладно. Вроде бы медики говорили, что среди пополнения большой процент тех, кто негоден к строевой службе. Разрешаю увеличить штат носильщиков 22-го стрелкового полка на…

Он задумался, и я воспользовался моментом.

– В два раза? Проверить в бою, доложить об эффективности, чтобы потом принять решение, стоит ли это и остальным разрешить.

– Бог с тобой, – генерал устало улыбнулся, я крепко пожал ему руку и развернул в сторону еще одного сюрприза.

– Смотрите, японский подполковник, – радостно доложил я, указывая на пленного офицера.

– Майор, – Засулич лучше меня разбирался во вражеской форме. Ну, и еще сказалось то, что в нашей армии этих самых майоров еще в 1884 году отменили.

– Значит, майор, – согласился я.