Черная война

Он, поди, и всерьез считает, что ничего особенного не совершил. А вот с сыночком я очень даже душевно бы поговорил…

– Не знаю, не знаю… Рисковать вашей жизнью как-то вот нету у меня желания.

– Да какой тут риск, товарищ генерал-лейтенант?! Я этого сопляка в бараний рог сверну! И не чихнет, просто не сумеет! Да и ребята ваши, – я указал на дверь, – рядом будут, если что…

– Посмотрим. Я тут прикину, что к чему. Пару дней вам обождать придется. Там видно будет.

– Виктор Петрович! Вы не сомневайтесь, все будет, как положено! Я вам его в упаковке, ленточкой перевязанного, принесу. И к разговору вполне готовым.

– Да уж! – Яковлев улыбнулся. – Вот насчет ленточки, пожалуй, перебор. А то я себе на секунду представил это зрелище, по-моему, слишком. И на двух ногах дойдет.

– Не дойдет, так доползет!

– Ладно, посмотрим еще. Отдыхайте, пока время есть. Тренировки продолжайте, ребята о них очень положительно отзываются, говорят, много для себя полезного узнали.

Мы вышли из дома, попрощались, и генерал сел в машину. Димкину папку он увез с собой.

Глава 17

На следующий день я с нетерпением дожидался вечера и окончания всех медицинских процедур. Очень уж меня занимала идея «дружеского» разговора с Генрихом. Мое нетерпение, казалось, передалось и сопровождающим. Поэтому, когда мы оказались наконец в тире, я с места взвинтил темп. Ребята только удивленно цокали языком, сменяя простреленные мишени. Разогревшись, я положил на стойку пистолет и повернулся к Антону:

– Ну, как? Спарринг?

– Давайте, Александр Сергеевич. Вон пускай сегодня Володя с вами поработает. Ему подтянуться надо, запаздывать что-то стал.

– Нет, Антон. Сегодня давай мне еще кого-нибудь, одного оппонента мало будет.

– Вот даже как? Ну, тогда и я, если не возражаете, выйду.

– Отлично! Заряжайтесь! – И я вытащил из шкафчика тренировочный пистолет. На вид – вылитое боевое оружие. Только стрелял он пластиковыми шарами калибра шесть миллиметров. Дури в нем, однако, было предостаточно – консервную банку простреливал. Не насквозь, конечно, но одну стенку дырявил лихо. Заряжался он баллончиками с углекислотой, и хватало ее выстрелов на пятьдесят. Зарядив пистолет, я взялся за второй. Сбоку тем же самым занимался Антон. Володя уже успел снарядить свое оружие и переминался с ноги на ногу в нетерпении. Крепко сбитый парень, он сейчас напоминал хищного зверя перед прыжком. Мы надели очки, чтобы в горячке не словить пулю прямо в глаз. Шесть миллиметров – это все же не девять, но глазам и этого более чем до фига.

– Где сегодня работать будем, Александр Сергеевич? Улица?

– Нет, Володя, сегодня в здании. В «офис» пойдем.

«Офисом» называлось у нас помещение, в котором были расставлены столы, стулья и несколько шкафов. Достаточно большая комната, метров тридцать длиной.