Вторая «Зимняя Война»

Интересно было бы посмотреть, как со всем этим потом будет разбираться большевистский вождь…

Кстати, почему бы и не посмотреть? Мысль, внезапным озарением пришедшая в голову Гитлеру, до того взволновала его, что он сначала замер на мгновение, а потом принялся быстро ходить по комнате, чувствуя, как разгорается внутри ликующая надежда. Все его тревоги стремительно отступали. Как за минуту до этого он был на грани мрачного отчаяния, так сейчас он испытывал радостное возбуждение. Почему бы и нет?! У него все получится… И при этом нет никакой необходимости умирать… Спасительная идея заключалась в следующем: а что если действительно положить на погребальный костер труп двойника, а самому, изменив внешность, затеряться в толпе? Ведь конец одной истории – это почти неизбежно начало другой. Самый надежный способ изменить внешность – это отпустить бороду, как и положено всякому порядочному художнику…

Приведя себя таким образом в состояние внутреннего равновесия, Гитлер придвинул к столу стул и выбрал для чтения черную папку, озаглавленную как «План Моргентау»…

Как и всякий высокопоставленный деятель национал-социалистической партии и СС, регулярно бывающий в Главной ставке фюрера, Рейнхард Гейдрих имел в гостевом доме свои отдельные апартаменты. Там в шкафу, рядом с вычищенным и отглаженным мундиром, висел банный халат и все, что необходимо нормальному человеку из образованных слоев общества, чтобы почувствовать себя в своей тарелке. Приняв душ, облачившись в халат и причесав свои светлые волосы, Гейдрих вызвал прислугу, поручив ей вычистить и привести в порядок зимний российский камуфляж. А что – легкий, теплый и вполне может еще пригодиться.

Потом он сел в кресло, закинул ногу на ногу и задумался. Вот он вернулся в Рейх, был очень хорошо встречен фюрером, но что же дальше? Остаток срока существования, отведенный Третьему Рейху, на пальцах рассчитать было трудно, ибо зависел он от многих факторов; но вряд ли русские будут возиться с остатками вермахта больше года. Из пяти с половиной миллионов списочного состава на июнь сорок первого года два с половиной миллиона на Восточном фронте уже как корова языком слизнула. Постарались как сами большевики, ожесточенно дравшиеся до последнего патрона, так и их потомки из будущего, в охотничьем азарте поубивавшие немало немецких солдат. Из немецких новобранцев в строй поставлены двести тысяч, итого численный состав вермахта – три миллиона двести, против двенадцати миллионов большевистских полчищ. Конечно, не все двенадцать миллионов большевиков одновременно находятся на фронте, но и у Германии очень много оккупационных войск разбросано по разным покоренным странам.