Война за проливы. Призыв к походу

Мы в свою очередь предъявим Вене ультиматум: в течение семидесяти двух часов прекратить боевые действия и вывести войска с оккупированных территорий, а иначе война. Продержится сербская армия семьдесят два часа, воюя с австрийцами, или нет?

– Думаю, что продержится, – уверенно ответил я, – а что дальше?

– А то, что будет дальше, это военная тайна, – отведя от меня взгляд, ответил Михаил и вновь принялся ходить. – Могу добавить только то, что разделыванием австрийской свиной туши, как ты выразился, займется мой зять генерал Бережной. Ему это несложно. Поэтому сейчас давайте закруглять наше мероприятие, но сразу после майских праздников ты выедешь в Ораниенбаум, в расположение его корпуса. Там же ты сможешь лично познакомиться с интересующей тебя великой княжной Ольгой Николаевной и составить о ней свое мнение. А она, соответственно, составит свое о тебе…

И он, уже на прощание, вновь окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног – и, кажется, остался вполне доволен.

Настал тот день, который в России называется Первомаем… Погода, словно на заказ, выдалась расчудесная. Над Петербургом сияло синее небо, по которому лишь изредка проплывали маленькие, будто бы декоративные, облачка. Приятный свежий ветерок трепал листву на деревьях… Было умеренно тепло; солнце светило ласково и приветливо.

Мне предстояло впервые присутствовать на этом празднике, введенном всего лишь четыре года назад указом императора Михаила специально для тех, кто зарабатывает на жизнь своим трудом. В Российской империи таковыми считались не только крестьяне, гнущие спину на полях, и рабочие, стоящие у станков, но также все те, чьим источником доходов была, с позволения сказать, интеллектуальная деятельность. Получается, что, став сербским королем, я тоже стану трудящимся – ибо у короля этой интеллектуальной деятельности хоть отбавляй и он недаром ест свой хлеб; а пока я принц, то считаюсь просто иждивенцем, а следовательно, мне не место на этом празднике жизни.

– Ну, не скажи, брат Георгий, – возразил мне русский император после того, как я высказал ему свои умозаключения, – ты неустанно печешься о благополучии своей Родины и делаешь для этого все что можешь – а значит, ты не бездельник. Уже только тем, что было сотворено тобой в Софии, ты оправдал свое содержание – от самого рождения и лет на десять вперед. Прочный мир между Болгарией и Сербией – это ли не залог их будущего процветания? а ты сделал для этого все, что смог…

Нельзя не сказать, что такая высокая оценка со стороны русского монарха мне весьма польстила.