Всегда война Часть 10 (СИ)

Великий князь чуть раздраженно пожевал губы и откинувшись на спинку стула, мельком глянул на генерала Оргулова, который всем своим видом показывал, что он вообще в стороне, и ответил.

— Маша, ты понимаешь, что это все так не закончится и Николаю никто не даст просто так заключить сепаратный договор с Германией. Он и так, не будем греха таить, не пользуется особой популярностью, но именно сейчас он настроил против себя слишком много важных и наделенных властью людей. Даже если я вас поддержу, то как Верховный Главнокомандующий все равно не смогу дать команду на прекращение огня и разведение войск. Нам не позволят это сделать. Ты сама прекрасно знаешь, как и на каких условиях меня назначили на должность Верховного Главнокомандующего, и сколько ограничений на меня наложено тем же военным министров и думскими комитетами.

— Николай подписал манифест.

— Про манифест уже говорили, но и тут не получится. Никто ему не позволит его опубликовать: все столичные газеты взяты на контроль.

— А это не важно, — наконец-то подал голос Оргулов, — вот почитайте. Это завтра утром уже будет распространено по всей империи. Гипотетический контроль газет тех, кто стоит за продолжение войны уже не играет никакой роли.

И протянул Великому Князю белый мелованный лист с текстом манифеста где в конце стояла подпись русского императора.

Николай Николаевич чуть подрагивающими руками достал коробочку с очками, водрузил их на нос и стал внимательно вчитываться в текст манифеста. Он не был дураком и по манере подачи материала сразу узнал стиль пришельцев. Да текст подправили, вычитали, но смысл был вполне понятен и полностью соответствовал заявлениям новороссов: «России эта война не нужна… Дав по морде германцам, мы с чистой совестью можем заключить перемирие и дальше нам нет смысла воевать… Российская Империя будет восстановлена в границах на начало войны… Судьба захваченных территорий у Австро-Венгрии будет обсуждаться на дополнительных переговорах. Любые попытки притеснения православных людей будут жестко пресекаться — у русского императора и у его союзников есть все средства для этого… Пусть русские мужики лучше сеют хлеб, чем умирают за интересы британских и американских банкиров. Жизнь русского человека самая великая ценность… России нужно хотя бы десять лет мира, без потрясений, войн и революций, чтобы стать самой богатой и процветающей страной мира…».

Николай Николаевич несколько раз перечитал текст манифеста и отложив бумагу на стол и сняв очки, потер уставшие глаза и откинулся опять на спинку стула.

«Сильно и смело. Очень сильно. Если такое говорит российский император, то народ пойдет за ним и сметет всех, кто захочет продолжать войну.