Война. Часть 1 (СИ)

Не хотят, похоже, японские генералы успокаиваться в Маньчжурии после Хасана…

Сзади послышался шум мотора приближающего автомобиля.

— В общем, вы знаете что я делал в Испании, — Голованов молча кивает, — так вот, тем же самым занимаюсь в отношении Японии. О всех данных сказать не могу, но очень вероятно, что в конце весны начале лета начнутся боевые действия в Монголии… причём с японской стороны силами, большими чем на озере Хасан…

Увидев меня, Черёмухин и Миль начинают открывать высокие дощатые двери ангара.

— Я ничего по линии Разведупра не получал, — хмурится главком.

— Скорее всего перепроверяют сведения по агентурным каналам… Я советую вам, Александр Евгеньевич, без лишнего шума, иначе не сносить мне головы, начать инспекцию авиации Забайкальского военного округа, а заодно частей в Монгольской Народной Республике…

— Спасибо, что предупредил, да ты не волнуйся, Алексей, мы скоро в Чите открываем учебный центр с твоими авиа-тренажерами. Сам поеду, нет Будённый не отпустит…

— Вот это точность, — за спиной послышался знакомый голос Петрова, — ровно полдень, как на корабле!

— А кто на Ухтомском аэродроме остался? — Голованов и Петров мигом по военной выправке выделили Черёмухина из группы людей, стоящих у вертолёта, и забросали его вопросами.

— Там строится завод автожиров, — чётко отвечает тот, — директор Камов. Аэродром станет заводским.

— А вот я не пойму, — вступает адмирал, — в чём разница вашего аппарата и автожира?

— У автожира верхний винт в отличие от геликоптера работает в режиме авторотации, то есть мотор его не крутит и ему для вращения нужен напор набегающего воздуха. Автожир не может неподвижно зависнуть над какой-нибудь точкой на земле и взлетает он с разбега. Поэтому у него есть самолётный тянущий винт и часто крылья и хвостовое оперенье. По сути автожир — это самолёт, которому верхний винт помогает держаться в воздухе, когда его обычный собрат уже бы свалился ввиду потери скорости.

— Давайте, Алексей Михайлович, лучше покажем нашим гостям на что способен ваш аппарат, — предлагаю я.

— С превеликим удовольствием, — Черёмухин делает знак двум техникам, стоящим неподалёку.

Они берутся с двух сторон за состоящий из металлических трубок корпус и легко выталкивают на воздух, мягко покачивающийся на трёх больших велосипедных колёсах геликоптер. Один из техников помогает пилоту забраться в открытую всем ветрам кабину, а второй — уже катит тележку с крашенным красной краской баллоном для пневматического запуска двигателя.

— От винта! — хрипло выкрикнул Черёмухин.

Ожили раскручиваясь лопасти, зрители схватились за головные уборы. Вертолёт легко оторвался от земли и завис в воздухе в прямо над нашими головами.