Война

Она вошла внутрь и нашла Рилла спящим лежа на кровати прямо в одежде. Лани улыбнулась и принялась стягивать с него тонкую рубашку. Рилл открыл глаза и резко сел на кровати, пытаясь спросонья понять, что происходит.

— Подъём, старший лейтенант Волс, — объявила она, — пора сражаться!

— С кем? — настороженно захлопал глазами Рилл, приходя в себя.

Лани плавным движением скинула тунику и улыбнулась:

Лани проснулась от того, что яркое солнце, висевшее прямо за окном, требовательно светило в глаза. Рилла рядом не было. Она потянулась, раздумывая, вставать сразу или ещё немного поваляться в постели. Хронограф на стене показывал полдень. Ого. Вот это соня. Лани вылезла из-под тонкого одеяла и прошлёпала в ванную, прикидывая, что ей надеть сегодня. Пожалуй, нежно-жёлтый цвет подойдёт к бронзовому оттенку кожи, не зря же вчера в пункте адаптации трудились медики.

Рилл сидел в небольшой гостиной перед коммуникатором и просматривал новости. На широком экране, занимавшем половину стены, сменяли друг друга основные информационные порталы.

— Есть что-нибудь про «Русский»? — Лани подошла к нему сзади и обняла за плечи.

— Пока ничего, — отрицательно кивнул Рилл.

— Они обязательно вернутся! — заявила Лани. — Обязательно! Отсутствие новостей — это ведь ещё ничего не доказывает, правда?

Рилл накрыл её ладони своими и поднял голову, чтобы смотреть в глаза.

— Конечно, вернутся, — подтвердил он и слегка улыбнулся. — Они ещё и не из таких передряг выбирались. За эти годы чего только не случалось.

Он потянул её к себе, и Лани уселась к нему на колени, обвивая шею руками.

— Когда ещё шла война с Корпорацией, — рассказывал Рилл, — я один раз вообще попал в списки потерь. У меня тогда был лёгкий перехватчик, мы патрулировали сектор, содержащий астероидное скопление, и неожиданно наткнулись на корабли оранжевых. Их оказалось полтора десятка, а нас всего трое. Взрывом мою машину разорвало на две части, но пилотский отсек, к счастью, не потерял герметичность. Тогда у нас ещё не было автономных гермокомбинезонов, и потеря перехватчика почти стопроцентно означала гибель пилота. В результате меня сочли погибшим и даже вычеркнули из списков части. Я просидел в обломке перехватчика почти пять суток; всё ничего, вот только вода вскоре закончилась и пить хотелось ужасно. Потом меня нашла штурмовая группа, пришедшая перетряхнуть эти астероиды в поисках оранжевых.

Он улыбнулся, увидев изумлённые глаза Лани.

— Так что, как видишь, на войне может быть всякое, — он поцеловал её в щеку. — Лично я бы не стал торопиться и списывать со счетов Алекса и Алису, пока нет никаких доказательств их гибели.

Лани обняла его крепче.