Японская война 1904. Книга 6

— Как вы знаете, моя задача — искать врагов изнутри корпуса, а теперь и армии…

— Опять революционеры?

— Хуже. Учитывая, что остальные силы постепенно перекидывают на Родину, среди солдат 2-й Сибирской начинают ходить слухи. Что мы тут навсегда, и что даже землю тут дают, потому что дома все давно забрали. Пока дисциплина держится, но чем дальше, тем эти разговоры громче. И это, — Огинский опередил меня, — не злые языки со стороны — их бы мы просто поймали, и я бы даже не стал тратить ваше время. Но люди на самом деле волнуются, и их надо как-то успокоить!

Я нахмурился. А ведь и в моей истории было так же: война закончилась, но солдат просто не получалось быстро вывезти домой. Чуть до бунта не дошло, но Линевич справился, остудил горячие головы. А сейчас, значит, этим уже мне придется заниматься. Причем попытка заранее решить проблему, предложив ветеранам маньчжурские земли, не помогла. И боевое братство бывшего 2-го Сибирского — да, оно сдерживает людей, но, чтобы совсем остановить их, его уже оказалось недостаточно.

Увы, страхи они такие — их голосом разума сложно перебить. И что тогда остается? Действовать жестко, раз по-хорошему не понимают, или все же есть варианты…

— Генерал говорить будет…

Слухи разлетались по лагерю бывшего 2-го Сибирского словно лесной пожар. Пожалуй, если бы кто-то рассчитал их формулу подобно скорости звука или света, то в уравнение точно стоило бы добавить что-то про прямую зависимость от их важности, неожиданности, а еще обязательно про возможность обходить законы физики. Иначе как можно было бы объяснить, что всего за час даже без использования телеграфа о выступлении генерала Макарова узнали все части, растянувшиеся на 50 километров от Амсила до Йончона?

Старший унтер-офицер Палкин, перепрыгнувший одно звание за обнаружение отряда Хасэгавы и за последующее геройство при поддержке дивизии Шатилова, оглядывался по сторонам. Он был одним из тех, кто подавал рапорты начальству, что армия неспокойна. Еще только в восемь утра подавал, а вот полдень, и генерал уже реагирует. Значит, правильно он все заметил, правильно не стал молчать.

— Интересно, что он скажет? — Михал внимательно озирался вокруг.

Он теперь тоже не рядовой: ефрейтор, а значит, скоро получит свою первую тройку разведчиков.

— А мне кажется, что бы ни сказал — какой в этом будет смысл? — Савва пожал плечами.

Ему вот сразу новое звание не дали. Записали на курсы как недостаточно опытного: два месяца придется погрызть гранит науки, зато потом, по слухам, если сдашь все экзамены на отлично, можно получить золотой билет. В смысле возможность выбрать совершенно любые войска, которые только есть, и получить туда назначение.