Японская война 1904. Книга 6

Землевладельцы Восточной Эльбы все это время уверенно держали власть в своих руках, но с приходом дешевого импортного продовольствия их прибыли, а главное, влияние начали падать. Ничто не уходит в никуда: вместо них стали набирать силу крупные промышленники, у которых при этом не было никакого политического влияния. И вот кайзеру приходится лавировать, чтобы, не сильно обидев одних, отдать должное другим и… не за свой счет. Создание флота, которое станет кормушкой для всей германской буржуазии, в итоге действительно выглядит как удачный компромисс. Землевладельцы получат заградительные пошлины, промышленники — заказы.

— А у нас, когда мы начали массово строить броненосцы и крейсера для Тихоокеанского флота, цели были примерно те же? — заинтересовался я.

— Не думал об этом, — удивился Ванновский. — Но если так посмотреть, то заказы на флот или строительство Транссиба действительно стали толчком для очень многих наших заводов. Все-таки наука это одно, а массовое производство — уже другое.

— Вернемся к Германии, — кивнул я. — Если они готовы вкладываться во флот, то, значит, не хотели бы начинать войну до его постройки?

— Все верно, — согласился Ванновский. — Во главе плана перевооружения Тирпица стоит так называемая идея риска.

И опять что-то новое. Что-то застрял я мысленно в Азии, а про основной театр будущей войны знаю преступно мало, но… Тем больше поводов учиться.

— Контр-адмирал Тирпиц рассчитал, что если германский флот наберет силу до двух третей от английского, то любое прямое столкновение с ним для Британии станет слишком рискованным. В том смысле, что они уж слишком ослабнут перед другими своими противниками. Однако… — неожиданно сменил направление мысли Ванновский. — Прямо говорить о том, что Германия нацелена на мир, нельзя. Голоса тех, кто считает, что война здесь и сейчас тоже решит любые проблемы, звучат все громче. И дипломатическая атака на наш флот, которая фактически скрепила кровью союз Англии и Франции, только придает им решительности.

— Опасаются, что они смогут перетянуть кого-то на свою сторону?

— Именно. И Тройственный союз с 1882 года не стал сильно крепче. Австрия с Италией до сих пор тихо лаются из-за Трентино, Южного Тироля и Далмации.

Трентино и Тироль — это Альпы, Далмация — примерно современная Хорватия. Сейчас они принадлежат Австро-Венгрии, но вот итальянцы считают их частью «Неосвобожденной Италии». Кстати, ради этих земель они в 1915-м и выйдут из союза с Германией… Значит, это их решение витает в воздухе уже сейчас.

— Забавно, — неожиданно задумался я. — Из-за той же Австрии у Германии проблемы еще и с Османской империей. Формально союзник, но официально споры из-за Балкан заставляют держать турок на расстоянии.

— И нас, — напомнил Ванновский.