Японская война 1904. Книга 6

Вон, даже Огинский не выдержал и лично заскочил в штаб, чтобы рассказать об этом.

— Отказываем, — вздохнул я.

— Двадцать пять миллионов, — напомнил Огинский.

Его эта сумма поражала не столько количеством нулей — мы на броневиках не сильно меньше зарабатываем — сколько тем, что никто из наших не верил, будто хоть кто-то согласится пойти на столь грабительские условия.

— Мы же на эти деньги нормальный завод построим, — продолжал он. — И им наделаем пластин, и себе, и на весь мир хватит.

— Будут и другие предложения. А господам американцам передайте, что мы не будем вести дела с теми, кто поддерживает иски против нас.

— Но это же не они сами…

— А я вот не уверен, — сказал я. — Не удивлюсь, если в итоге большая часть денег по нашему контракту уйдет на погашение того самого иска, который они для этого же и удовлетворят.

— Это было бы подло.

— Подло — это с нашей точки зрения. А для них — это не больше, чем обычная военная хитрость. Мы же не терзаем себя, если удается обмануть врага на поле боя, так и тут. Не сильно большая разница.

— А если больше заказов не будет? — Огинский задал этот вопрос со странным блеском в глазах. Кажется, кто-то еще уже точно написал…

Я не успел ответить, как в штаб прибежал дежурный связист и с безумным взглядом сунул мне в руки еще три расшифровки. Открыл первую — в Сеуле уже почти месяц голод, люди вышли на улицы, и император Конджон, видимо, по воле предков, умер от приступа сердечной болезни. Инфаркт. Или петля на шее, замаскированная под инфаркт. Как бы там ни было, Сеул, который до этого отказывался признавать итоги войны и потерю северных территорий, теперь был готов на мир. И слезно просил как можно скорее продать ему побольше хлеба.

— В долг, — вздохнул Огинский, который читал телеграмму вместе со мной.

— Отплатят рабочими и деревом, — моментально нашел я решение. — Уверен, Петр Аркадьевич будет рад, что его стройки пойдут быстрее.

— И китайцы с таким количеством покупателей на свой хлеб, уверен, теперь с гораздо большим энтузиазмом рассмотрят вопрос покупки наших тракторов.

Я кивнул — тоже хорошая идея. Отработаем здесь технологии, а там можно будет и на Родину начать поставки. Успех за границей всегда очень благотворно на них сказывается.

— Вы еще не все прочитали, — связист был настолько ошарашен одним из посланий, что обрел весьма неожиданную храбрость. И вряд ли его так зацепили новости из Кореи.

Ладно, что там дальше? Я открыл второе письмо. Французы тоже хотят приемники, и тут уже без подводных камней — я бросил взгляд на Огинского, который и проводил с ними предварительные переговоры, а потом дочитал телеграмму до конца. Полковник Пикар писал, что для подписания сделки к нам приедет кавалерийский генерал Гастон Огюст де Галифе.