Война. Часть 1 (СИ)

Час назад английское радио передало сообщение о гибели всего руководства Германии, кроме Геринга.

— Иностранное радио слушать, товарищ Берия, много ума не надо, — сокрушённо машет рукой вождь, — можете быть свободны…

— Коба, надо дождаться официальных сообщений, — молчавший до сих пор Киров тянется к коробке папирос Сталина и берёт одну, — может быть это всего лишь слухи.

— Из нашего представительства в Берлине передают, — Молотов следует примеру товарища и чиркает спичкой, — что все выходы из города перекрыты полицией, усилена охрана посольств, по радио с утра непрерывно передают классическую музыку, утренние газеты ничего о взрыве не сообщают.

— Пусть заходит, — вождь опускает телефонную трубку на рычаг.

— Доброе утро, Генрих, — несмотря на сильные искажения, вносимые аппаратом засекреченной связи, Гиммлер сразу узнал в трубке голос Геринга, — каково состояние фюрера?

— Без изменения. Он без сознания после трепанации черепа, гематома в головном мозге была успешно удалена, теперь остаётся рассчитывать на его могучий организм.

— Похоже, Генрих, ситуация складывается так, что фюрер ещё долгое не сможет работать в полную силу, поэтому предлагаю обсудить временное распределение его обязанностей, что скажешь?

— Не возражаю, Герман, думаю прежде всего мы должны вернуть войска с улиц в казармы. Готов отдать приказ подчинённым мне войскам СС немедленно, вот только я не уверен контролируешь ли ты действия вермахта.

— Скажем так, — в трубке послышались странные булькающие звуки, — военное руководство уполномочило меня вести с тобой переговоры, других переговорщиков не будет.

«Проклятая каста», — Гиммлер зачем-то прикрывает рукой трубку, — «но сила сейчас на их стороне».

С раннего утра по всем каналам рейхсфюреру СС стали приходить сообщения с мест о приведении войск в боевую готовность и подготовке к маршу. В Берлине все улицы, ведущие к тюрьме Моабит, где содержатся генералы-заговорщики, забиты военной техникой.

— Хорошо, Герман, чего же они добиваются?

— Немедленного освобождения всех арестованных по делу о военном заговоре.

— Кроме Остера, помощника Канариса, — быстро отвечает Гиммлер, — и вообще, я настаиваю на аресте адмирала, за ним повсюду торчат уши бриттов. Фюрер слишком доверчив. В дальнейшем я предлагаю подчинить абвер рейхсфюреру СС.

В трубке повисает долгое молчание, прерываемое отдалёнными шорохами.

— Герман, ты на проводе?

— Да, я здесь. Согласен с твоим предложением по поводу Канариса…

«Согласен он, марионетка».

— … только абвер — разведка военная. Мы можем пойти на более тесное сотрудничество с СД, но командовать абвером может только военный.